Миссия: разлюбить засранца

Я тянусь к салату, но Долматов тут же пресекает мою попытку, встает и властно отрезает:

— Я сам. Хочу за тобой поухаживать.

Ну сам так сам, если мужчина хочет, то пожалуйста!

Айдар пододвигает ко мне тарелку с сочным стейком, при виде которого мой живот урчит, а во рту скапливается слюна. Проклятая диета! Затем накладывает немного салата и какие-то изысканные закуски, наливает теплый чай и, оставив легкий поцелуй на моей макушке, возвращается на свое место.

Я с завистью смотрю на то, как Дар уплетает мясо, пока самой приходится вяло ковыряться в салате. Воистину, красота требует жертв! Я бы сказала — по миру пускает!

Чтобы утолить голод, запихиваюсь салатом и пью много чая, когда Долматов вдруг довольно резко говорит:

— Только не говори, что ты на диете.

— Тогда буду молчать, — раздраженно фыркаю.

Не вижу смысла скрывать очевидное. Тем более, учитывая, что половина моего гардероба на мне висит мешком. Последний раз, когда я взвешивалась, весы показали семьдесят три килограмма. То есть чуть больше, чем за три месяца я скинула десять килограмм. И не собираюсь останавливаться!

Вообще-то это по милости Долматова я сижу на этой дурацкой диете. Ладно, скорее из-за своих причуд, но тем не менее именно он и его друзья стали тем самым пинком под зад.

— Да ладно тебе, Поль! Зачем тебе это? Ты прекрасна!

Поджав обиженно губы, отворачиваю голову, невидящим взглядом смотря на гладь моря.

И это он мне говорит? Тот из-за которого все началось?

— Затем, — сквозь зубы выдавливаю. — Хочу похудеть, ясно?

— Но ты и так похудела! — восклицает Долматов. — Послушай, все те гадости, которая сказала Каролина, не имеют значения.

— А ты? — наконец-то повернувшись, устремляю на него колючий взгляд.

— Что — я? — непонимающе хмурится.

— Ты ведь тоже смеялся со всеми тогда, — напоминаю ему ту глупую предновогоднюю вечеринку.

— Я же говорил, что не помню, что говорили ребята! Я бы не поступил так с тобой!

— Может, и нет. Однако это не отменяет того факта, что ты тогда ничего не сказал.

Пожалуй, именно это больше всего меня обидело. Не столько смех ребят сколько молчание человека, в которого я влюблена.

— Да не помню я, черт побери, что они говорили! — взрывается Айдар, хватаясь за волосы. Откидывается на спинку стула и закидывает голову, словно пытаясь совладать с собой. Через, должно быть, минуту он сдавленным голосом произносит: — хочешь, я им всем морды набью?

— Не хочу, — качаю головой, а потом, точно в чай подлили зелье правды, вываливаю все как на духу: — я ведь тогда подумала, что и ты так считаешь. Что я для тебя всего лишь толстуха, над которой можно приколоться. Наивная девчонка, которая влюбилась в популярного парня.

Дар встает и подходит ко мне, присаживается на корточки и берет мои руку в свои.

— Послушай, я никогда так не думал.