1972. Миссия

И подумалось – а какого черта у меня нет сауны? Бани? Обязательно сделаю баню! Да еще и чтобы на дровах! Попариться, а потом с разбегу – бах! И в океан! Классно ведь!

Ольга с Амалией накрывали на стол, когда я вошел в гостиную. Ольгу с утра я не видел, потому поздоровался и подмигнул:

– Как спалось, красавица? Какие сны снились?

– Всякие… – улыбнулась Ольга, и взгляд ее метнулся в сторону, будто застеснявшись своих мыслей – выспалась, просто здорово! В больнице почему-то плохо спится…

– Еще бы не плохо! – вмешалась Амалия – Когда в соседней комнате твой мужчина при смерти, с дыркой в груди! Да я бы если бы с Серхио такое случилось – совсем бы не спала! Ты еще молодец, крепкая!

Я закусил губу: какого черта они все упорно нас с Ольгой постоянно ставят вместе? С чего они решили, что я с ней сплю? Но ничего не сказал. Ольга тоже ничего не сказала, потупила глаза и снова принялась раскладывать приборы.

Вообще-то кухонные дела совсем не ее уровень – она мой секретарь, машинистка, переводчица и все такое. Ей не по чину помогать Амалии накрывать на стол и готовить. Но она сама взялась ей помогать, а я и не протестовал – почему бы и нет?

Честно сказать, наверное я все-таки откровенное порождение советского строя: не могу разделять свой персонал по классам, тем более, если эти люди мне вовсе не чужие. Пабло я считаю своим другом, его жену – тоже, Серхио с Амалией родители Лауры, родители друзей (и тоже друзья!) – так как же я могу считать их просто персоналом и не сажать за свой стол?

Хотя когда ко мне приезжает Страус, или еще кто-то из чужих – Амалия и Серхио за стол не садятся. И я их не приглашаю. Тот же Страус, с его снобством и заносчивым «ндравом», может воспринять это если не как оскорбление, то как некое нарушение этикета – определенно. С детства выросший в достатке, в сени двух старейших аристократических семейств Америки, он ненавидит негров и презрительно относится к бедным людям. А тех, кто ему прислуживает, просто не видит в упор – воспринимает как стул, либо скамейку. Либо как тупую обезьяну. Так что сажать Страуса за стол с «тупыми обезьянами» было бы в высшей степени опрометчиво.

Кстати, мне было бы легче, если бы моя прислуга состояла из чужих людей. Вот тогда не было бы совсем никаких проблем – обычные отношения хозяина компании и ее коллектива. Никаких сантиментов и щекотливых ситуаций.

На своей новой вилле я так и поступлю – наберу новый персонал через агентство, подыскивающее работников, и тогда уже поставлю отношения со своими слугами на правильные рельсы.

До выезда на пресс-конференцию мы с Ольгой успели еще и поработать. Я надиктовал двенадцать страниц текста, и с чувством морального удовлетворения стал собираться на встречу с акулами пера.