Мисс Паинька

— Конечно, ошиблись. — Ей не нравилось, что приходится оправдываться перед человеком, которого она совершенно не знает.

— Вы или пьяный, или сумасшедший, но в любом случае ошибаетесь. Я не тот человек, который вам нужен, и требую, чтобы вы немедленно ушли. Сию же минуту.

— Вы меня ждали. Я это вижу по тому, как со мной разговариваете.

— Я думала, вы из рекламного агентства.

— Слава Богу. — Ей не хотелось иметь дело с таким грубым и невоспитанным человеком.

— Вы прекрасно знаете, кто я, — сказал он, снимая солнцезащитные очки.

Марни изумленно посмотрела на него и непроизвольно отступила назад, потому что действительно узнала, кто это. Она подняла руку к груди, как бы пытаясь успокоить бешено бьющееся сердце, и прошептала:

— Верно. Ло Кинкейд. Именно так, как вы написали на конверте.

Она очень удивилась, увидев его после стольких лет всего в нескольких шагах от себя. На этот раз не в газете и не на телеэкране, он стоял перед ней наяву. Годы не изменили его внешности, Ло даже стал еще красивее.

Ей хотелось стоять и смотреть на него, но он взирал на нее с нескрываемым презрением, совершенно не узнавая.

— Давайте войдем в дом, мистер Кинкейд, — спокойно предложила она.

Соседи, пользуясь солнечным воскресным деньком, чтобы покопаться в саду, перестали поливать и застыли на месте, с любопытством рассматривая гостя мисс Хиббс и его машину.

В том, что к ней в дом пришел мужчина, не было ничего особенного. Многие клиенты часто заходили к Марни обсудить какие-то вопросы. Обычно это были скучные люди в строгих темных костюмах. И никто из них не был таким загорелым, похожим на кинозвезду, ни у кого не было шикарной дорогой машины.

Эта часть Хьюстона отличалась от новых районов. Большинство ее жителей составляли люди среднего возраста и скромного достатка, имеющие недорогие легковые машины. «Порше» здесь считался редкостью. Соседи не помнили, чтобы Марни на кого-то когда-нибудь кричала.

Она повернулась и повела Ло Кинкейда по дорожке, ведущей к дому. В помещении от кондиционера дышать стало легче, но так как Марни была мокрой, то сразу замерзла. А может быть, она дрожала потому, что увидела этого человека.

Через довольно большой холл, типичный для домов довоенного времени, они прошли на застекленную террасу, служившую ей мастерской. Тут она чувствовала себя привычнее, и здесь легче было осознать, что этот человек, Ло Кинкейд, неожиданно снова вошел в ее жизнь.

Когда Марни обернулась, то увидела, что гость своими холодными голубыми глазами осматривает мастерскую.

— Ну, — сказал мистер Кинкейд.

Было ясно, что он ждет объяснений, а каких, Марни не понимала.

— Я ничего не знаю о письмах, мистер Кинкейд.

— Их отправляли отсюда.

— Значит, на почте произошла ошибка.

— Маловероятно.