Миру видней

– Он понимал, что я не приму от него ничего, поэтому попросил маму не говорить, что это он поспособствовал устройству на работу.

– Я так и думал, – перебил ее Дмитрий. – Так получается, Беллу Сергеевну в BRELLO устроил ее бывший муж Роман Николаевич Гольдский. Бизнесмен, и у него сеть ювелирных магазинов по Москве. Есть еще одно обстоятельство, которое поможет нам в понимании ситуации. Роман Николаевич сказал Марии Степановне, что место освободится только через месяц, а вот зачем ему был нужен этот месяц, мы узнаем позже. Берем эту информацию и идем дальше. В ночь после прилета случился пожар в комнате Курчатовой.

– Нет, если идти по порядку, то следующее происшествие – это отравление Ивана Сергеевича в самолете, – возмутилась Оленька, перебив Сахарова.

– Ну, это на самом деле было всего лишь стечение обстоятельств. Никто никого в той ситуации травить не хотел, на самом деле большое количество лекарства в соке предназначалось тоже нашей Белле Сергеевне, – на этих словах Дмитрий Иванович широко улыбнулся. – Это было сделано не для того, чтобы ее отравить, а лишь в плане учебного процесса, чтоб она немного посидела в туалете и подумала над смыслом жизни. Поводом же послужила нечаянно брошенная фраза, в которой она очень обидела чувства одного человека. Кто же знал, что у нее аллергия на цитрусы и она отдаст свой сок Ивану Сергеевичу? Также человек, пытавшийся наказать Беллу за обидные слова, не мог знать, что у нашего шефа больное сердце и большая концентрация этого лекарства подействует на него таким образом.

– Но кто, кто этот человек и чем я его так обидела? – с одной стороны, Белла хотела знать это, а с другой, боялась посмотреть в глаза настолько обиженного ею человека, что он был способен на такое.

– Ну вот, дорогие мои, приступаем к первому знакомству. Прошу любить и жаловать: Морозова Татьяна Петровна, между прочим, двоюродная сестра Беллы Сергеевны.

На вопросительный взгляд Беллы он добавил:

– По родному отцу. Ее маман, Агнет Стефановна Леманн в девичестве, и есть родная сестра твоего родного отца Эрнеста Стефановича Леманна.

В зале наступила тишина, которую можно было даже потрогать: она, как вата, висела в воздухе и не давала дышать. Татьяна медленно встала с места. Ее белая, почти прозрачная кожа, доставшаяся ей от мамы-немки, покрылась некрасивыми красными пятнами.

– Извините меня, – немного помявшись, она добавила: – ВСЕ!

– Но за что? – в таком же замешательстве спросила Белла. – Что я тебе такого сказала?

– Ну давайте я коротко и почти бегло обрисую данную ситуацию, так как это не является важным фактором в нашей истории, – Дмитрий говорил все это легко и этим самым разряжал обстановку. – У Татьяны Петровны болен папа: сердце, нужна дорогостоящая операция.