Абхазский миротворец

Он никогда не был особенно религиозен, но сейчас твердил про себя: «Господи, спаси! Останусь жив — крещусь!» В любое мгновение он ждал удара и боли — ведь полной защиты камень обеспечить никак не мог. Самое неприятное было в том, что он был слишком низкий. Если Андрей лежал плашмя, то какая-нибудь пуля, пущенная по нисходящей траектории, могла, пройдя над камнем, попасть ему в ноги. А если на карачки встать, то в опасности была спина, которая хоть и совсем немного, но поднималась над камнем. Но шансы все-таки были, и не такие уж маленькие! Ведь его враги в темноте не видели цели, стреляли на звук. Они не видели, что придумал Андрей, и не могли стрелять прицельно. Значит, попасть в него может только шальная пуля. Может попасть, а может и нет — как повезет.

Огонь прекратился. Андрей собрался с силами и снова переставил камень. Еще раз. И еще. Что-то больше не стреляют! Растерялись, сволочи, не иначе! Да и патронов у них далеко не склад. Если так палить, то через минуту ничего не останется.

Похоже, в роще пришли к тем же выводам. Хлопнул одиночный выстрел. Мимо, в траву. Еще один. Снова мимо, пуля выше прошла, только свистнула над головой. Ничего, та, что свистит, не страшна, свиста своей пули не услышишь. Еще один выстрел — в камень!

Андрей почувствовал, как у него верхняя губа вверх ползет — он натурально скалился, как хищный зверь. Каждая выпущенная его врагами пуля увеличивала его шансы. Раз эти гниды на одиночные перешли, значит, с патронами у них хреново. Вперед! Быстрее!

Откуда только силы взялись — Андрей стал двигаться быстрее раза в полтора. До рощи оставалось метров семьдесят, никак не больше. Еще несколько раз в него стреляли — без толку, пули или мимо проходили, или попадали в камень. Так, ну-ка, еще разок!

Он приподнял камень и в этот же момент услышал выстрел. Что-то попало ему в рот. Андрея словно в холодную воду макнули — по всему телу промчалась мелкая дрожь. Камень рухнул на землю. Прошла секунда, другая — но боли не было. «Не могла в рот пуля попасть, — как-то на удивление отстраненно, словно и не о себе, подумал Андрей. — Голова у меня все время прикрыта, даже когда я камень приподнимаю. Но что это тогда было?»

Вкус во рту был странный. А ощущения… Песок, что ли? Но откуда… Стоп! Ясно! Андрей сплюнул. Точно! Это земля. Похоже, когда он камень приподнял, пуля аккурат под него угодила и выбила фонтанчик земли, который ему в рот и угодил.

«Ну, блин! Вот бывает же такое! Ведь рассказать кому — не поверят!» — пронеслось у Сабурова в голове. Впрочем, чтобы кому-то что-то рассказать, нужно было остаться в живых — а это еще было под вопросом. Андрей снова переставил камень. На этот раз в него не стреляли. Еще раз. Снова никакой реакции.

«Патронов совсем мало осталось, поближе подпускают», — подумал Андрей.