Миром правит случай

 — А с Бочаровым у меня нашелся общий знакомый, который и порекомендовал ему обратиться ко мне, несколько исказив то, чем я занимаюсь. Когда Сергей озвучил мне свое задание, я отказалась, сказав, что он обратился не по адресу. Тогда он взял заложников и пообещал жестоко расправиться с ними, если я не передумаю. А еще он дал мне понять, что на месте бомжей могут оказаться мои близкие… Единственным выходом в сложившейся ситуации была инсценировка несчастного случая.

— А что дальше? — спросила Анна Павловна.

— Дальше вы уедете из города. Не ограничивайте себя материально в выборе тура, Бочаров высоко оценил мои «услуги», — я стала распаковывать сверток.

— Заплатить его деньгами ритуальному агентству — это еще куда ни шло. Но отдыхать за счет этого выродка я не желаю! — запротестовал Селезнев.

Мне показалось, что его супруга имела свое мнение на сей счет.

— Бочаров доставил вам определенные неудобства, поэтому будет вполне справедливо, если он хоть как-то компенсирует вам моральный, а по большей части материальный ущерб. Возьмите, — я протянула пару пачек Анне Павловне.

— Полина, пожалуй, права, это компенсация ущерба, — сказала та, поглядывая на мужа.

— Ладно, бери, — махнул тот рукой. — Иначе ты всю оставшуюся жизнь пилить меня будешь, что я отказался от этих денег.

— Нет, если ты категорически против и всю оставшуюся жизнь будешь упрекать меня в том, что я их взяла, то я их верну, — Селезнева протянула пачки обратно.

— Ну что вы как дети! Берите, а как распорядиться этими деньгами, решите сами. Если уж вам совсем противно потратить их на себя, вы всегда можете отдать их на благотворительность.

— Да-да, мы подумаем об этом, — Анна Павловна убрала деньги в сумку.

Мне надо было решить с Николаем Александровичем еще один вопрос, но я не хотела обсуждать его при Селезневой.

— Ну что ж, мне пора. Вы меня проводите? — спросила я Селезнева.

— Да, конечно. Аня, я скоро вернусь, — он вышел со мной за дверь.

— Вы когда хотите уехать из города? — поинтересовалась я.

— Мы с женой еще точно не решили, но затягивать с этим вопросом не будем. Я уже устал сидеть здесь почти безвылазно. Потом этот номер, вы ведь его оплачиваете…

— Ну не из своих же кровных, — заметила я. — Николай Александрович, обстоятельства складываются так, что надо ускорить процесс, который мы обсуждали с вами в прошлый раз. Вы сможете сегодня позвонить другу вашего детства?

— Ну если этого никак не избежать, я позвоню, — без особой радости согласился Селезнев. — Вот жена уйдет, и я сделаю это."

"Мы дошли до лифта, около него стояли люди. Наш разговор еще не был закончен, поэтому я предложила:

— Может, пойдем вниз пешком?

— Хорошо.

На лестнице никого не было.