Мы мирные люди

Вот я к себе присматриваюсь. Еще не устоялся, не отбродил.

— Смотрите, какие кручи!

— А я вижу уже тоннель.

— Это малый, Могдинский. Большой впереди."

"Вскоре перед ними внизу, в котловине, раскинулась вся панорама строительства. И начался спуск.

Байкалов вглядывался. И вдруг он увидел там, около деревянного здания, обсаженного по фасаду березками, белое платье.

«Она! Ирина!..».

Агапов что-то говорил, куда-то показывал, но Байкалов не слышал. Ближе, ближе... И вот уже Байкалов удостоверился, что в белом платье стоит незнакомая женщина. Она заслонила ладонью глаза от солнца и с любопытством смотрит на проезжающие мимо нее машины...

И несмотря на такое напряженное ожидание, встреча с Ириной произошла неожиданно для Байкалова и застала его врасплох. Когда он вышел из машины вслед за Агаповым, он прямо очутился перед Ириной.

— Здравствуйте! — сказала Ирина первая, протягивая руку и тоже выдавая свое волнение.

Он часто представлял мысленно Ирину и рисовал себе картину, как они встретятся и что он скажет. И все случилось совсем иначе — проще и вместе с тем необыкновенней. Собственно, внешне не было ничего особенного. Поздоровались, произнесли несколько незначительных слов... Нет, вот этого нельзя сказать! Слова были значительные, полные смысла и чувства.

— Как я хотел вас видеть! — сказал Байкалов. — Я писал вам письма несколько раз, но ни одного не отправил.

— Напрасно. Следовало отправить.

— Я знаю. Я после все объясню.

Но тут подошла Широкова:

— Хотите посмотреть наш парткабинет?

— Ну уж нет! — вмешался в разговор Березовский. — Сначала завтракать! Где же это видано, чтобы прямо с дороги да за экскурсию приниматься!

— Пожалуй, это будет правильно! — рассмеялся Байкалов. — Как вы думаете, Клавдия Ивановна?

В это время Агапов спрашивал Николая Ивановича:

— Кстати, почему ты не выпишешь сюда жену? Теперь у нас достаточно благоустроенно.

— Куда она потащится в такую даль? К тому же, у нее сад. Меня и сад она любит в равной степени. Вернее, так любит меня, что любит даже и сад, выращенный мною.

— Когда ты успел вырастить сад? Воевал... строил...

— Детей у нас нет, а у человека потребность растить. Собственно, это еще отцовское, он хозяиновал.

— Сад? Хозяиновал? — подошел к ним Василий Васильевич, заинтересовываясь.

И тут он сел на своего конька. Садоводство. Огородничество. Плодово-ягодные культуры. Выведение новых сортов. Морозоустойчивость...

— Поехал наш Василий Васильевич! — добродушно улыбнулся Ильинский. — Теперь не остановишь! Он мне всю дорогу лекции читал.

— В земной коре много железа, калия и других прелестей, — говорил Василий Васильевич, обращаясь главным образом к Горицветову.

— Совершенно верно, — соглашался вежливо Николай Иванович. — Это макроэлементы земной коры.