Мы мирные люди

В годы коллективизации был принят в комсомол. В тридцать шестом окончил путейский. Перед Отечественной войной женился. Вика родилась у нас в год Сталинградской битвы... Понимаете, я как-то все успел. Вам посчастливилось, Игорь: вы встретили такую девушку, как Ирина. Притом учтите: из ряда вон выходящая встреча — разбитый самолет, изыскательская палатка, жаркое из медвежьего мяса... Романтика! Естественно, что вы вообразили: вот она — судьба, вот она — любовь! Ирине Сергеевне вы не могли не понравиться. Вас все любят. Уж на что наша толстуха Зинаида Романовна — наш директор столовой — и та вечно твердит: «Игоречек... Наш Игоречек...».

— Михаил Александрович! Никогда она так не говорит!

— Понятно, что и Ирина Сергеевна относится к вам, как любящая сестра к младшему братишке.

— Вот еще новости! Я старше ее на целый год!

— Это неважно. Вы не можете отрицать, что побаиваетесь ее, слушаетесь? И не оправдывайтесь, потому что это правильно. Так вот я и говорю. Очень может быть, что по неопытности вы оба вот уже год воображаете, что между вами влюбленность...

— Воображаем?!

— Дорогой мой, но ведь это так. Я давно приглядываюсь к вам. Но знаете, не считал удобным вмешиваться. Такая деликатная область... Да и, собственно, во что было вмешиваться?! Но я знал, что дружба дружбой, а настанет день и — как в песне поется — «любовь нагрянет», и все получится не так, как предполагалось. И вы встретите свою избранницу, и Ирина Сергеевна может встретить человека, которого полюбит.

Михаил Александрович замолчал. Он шел и задумчиво улыбался. Может быть, ему вспомнилось, как к нему самому «нагрянула» любовь?

А Игорь был ошеломлен, обескуражен. Так изумляется человек, когда подходит к нему старая цыганка, перебирая колоду карт, гадает — и вдруг человек чувствует, что она называет ему одному известные вещи, и восторг и ужас охватывает его... Оказывается, Михаил Александрович знал о нем больше, чем он сам! Оказывается, он все понимает! Хороший Михаил Александрович! И почему они раньше так вот не разговорились?

Теперь они снова шли медленно, оба переполненные мыслями и чувствами.

— Самый несчастный тот, кто не умеет любить, — снова заговорил Михаил Александрович после длительного молчания, — кто думает, что любовью является просто физическая близость. Жестоко ошибается и бессовестно грабит сам себя! Разве только это! Близость между мужчиной и женщиной дает неисчерпаемые радости. Узнавать друг в друге новое, неизведанное — в мыслях, в характере — во всем... Растущая привязанность, желание беречь, скрашивать друг другу жизнь... В любви нужно много чуткости... Вы понимаете, Игорь, какие это слова: на всю жизнь?! На первый взгляд кажется, чего проще: ах.