Затерянная между мирами. Дилогия

— И что тебе непонятно? — вкрадчиво уточнил он.

Я же набрала в легкие побольше воздуха и выпалила на одном дыхании:

— Зачем вам я? Да еще и в качестве вашей женщины? Вы же меня ненавидите. Считаете шлюхой. Зачем вам ребенок от шлюхи?.. Или у вас своих женщин не хватает?

— А вот это тебя не касается, — взгляд Саммерса вновь стало жестким. — Я выбрал тебя и точка. Помнишь, что я говорил про твои капризы? Так вот, если перечить мне или задавать ненужные вопросы — все это тоже может привести к весьма неприятным последствием для твоих приятелей. Тебе я особого вреда, во всяком случае, физического, не причину. Но за каждую твою ошибку будут расплачиваться они, в первую очередь, твой ублюдок-дружок. Поверь, их жизни для меня ничего не значат.

«По-моему, ублюдок здесь только один. Ты», — хотелось мне выплюнуть Саммерсу прямо в лицо. Но я, сжав зубы, промолчала. Поскольку не сомневалась: он выполнит свои обещания, и за каждую мою несдержанную эмоцию будет платить Илья или Карл Генрихович. Поэтому я сделаю все, как говорит Саммерс.

Но, клянусь, я найду способ отомстить… А еще мы обязательно выберемся из этого мира, рано или поздно.

— Вижу, мы поняли друг друга, — Саммерс принялся расстегивать рубашку. — А теперь я хочу немного вздремнуть… И ты ляжешь со мной.

Отдыхал Саммерс несколько часов, я же за это время так и не сомкнула глаз. Когда же услышала, что он просыпается, притворилась сама спящей. Однако Саммерс слишком долго не вставал, и я, решив, что он вновь забылся сном, немного расслабился.

— Я знаю, что ты не спишь, — вдруг услышала над самым ухом, а следом — тихий смешок. — Наблюдаю за тобой уже минут десять…

Говорил все это Саммерс неожиданно спокойным миролюбивым голосом, без всяких едких или агрессивных ноток. Потом же вообще нежно потерся носом о мои волосы, чем окончательно вогнал меня в ступор. Это точно тот человек, который вчера унижал меня и хотел изнасиловать?

— Ладно, давай вставать и завтракать, — продолжал «добрый» Саммерс, наконец, поднимаясь с постели и натягивая на себя штаны. — Пойду скажу Эмме, что мы проснулись… Пусть несет завтрак.

Возвратился он только через четверть часа, при этом с ворохом женской одежды в руках.

— Это тебе, — Саммерс положил платья на кровать рядом со мной. — Думаю, они будут впору.

— Откуда эти платья? — я осторожно прикоснулась к одному из них, светло-зеленому, отделанному бежевой тесьмой.

— Это одежда моей жены… — на последнем слове голос Саммера дрогнул. — Покойной…

Я невольно отдернула руку от шелковистой ткани.

Кажется, теперь я поняла, на кого была для него похожа… На его жену.

Завтракали мы не в спальне, а в столовой, которая, оказывается, тоже была в доме Саммерса.