Око Мира

— А что, по-твоему, должен был обрадоваться? — Найнив возмущенно покачала головой и посмотрела на Эгвейн. — Скорее всего, мне не стоит удивляться этой легкомысленной выходке — такого от вас троих можно было ждать, — но я думала, что у других найдется больше рассудительности.

Эгвейн отодвинулась назад и спряталась за Перрина.

— Я оставила записку, — едва слышно произнесла девушка. Она все натягивала капюшон плаща, словно боялась, что Мудрая заметит ее не заплетенные в косу волосы. — Я все объяснила.

Лицо Найнив потемнело.

Ранд вздохнул. С языка Мудрой уже готово было сорваться ругательство, которое, судя по всему, будет весьма злым и хлестким. Если в порыве гнева она примет решение — к примеру, если скажет, что намерена вновь увидеть их в Эмондовом Лугу, неважно, кто и что заявляет, — то сдвинуть ее с этого будет практически невозможно. Ранд открыл рот, но...

— Записку! — начала Найнив, и в то же мгновение Морейн сказала:

— Мы с вами должны спокойно побеседовать, Мудрая.

Если б Ранд мог остановиться, то он бы так и поступил, но слова уже полились, будто вместо рта он открыл затворы шлюза.

— Все это очень хорошо, но ровным счетом ничего не меняет. Вернуться мы не можем. Нам нужно идти дальше.

Он говорил все медленнее и тише и под конец чуть ли не шептал, а Мудрая и Айз Седай обе смотрели на него. Ранда одарили такими взглядами, словно бы он влез в разговор женщин, касающийся дел Круга Женщин, эти взгляды говорили, что он сунулся в дела, в которых ничего не смыслит. Юноша откинулся на спинку стула и съежился, мечтая очутиться где-нибудь в другом месте.

— Мудрая, — произнесла Морейн, — вы должны поверить, что со мной они в большей безопасности, чем будут дома, в Двуречье.

Найнив скептически поджала губы. От гнева рот у Морейн тоже сжался, однако она продолжила, голос ее звенел на грани терпения.

— Сколько у вас соломенных пугал, — сказала Найнив. — У нас в Двуречье есть поговорка: «Дерет ли медведь волка или волк медведя — кролику всегда худо». Ведите свои споры где-нибудь в другом месте, а народ Эмондова Луга оставьте в покое.

— Эгвейн, — чуть помедлив, произнесла Морейн, — забирай всех и оставь ненадолго меня с Мудрой наедине.

Лицо Морейн было бесстрастным; Найнив расправила плечи, словно борец, готовящийся к схватке, в которой дозволены любые приемы.

Эгвейн вскочила на ноги, ее стремление держаться с достоинством явно вошло в противоречие с желанием избежать столкновения с Мудрой по поводу не заплетенных в косу волос. Тем не менее выполнить просьбу Морейн особого труда не составило — она лишь обвела парней взглядом. По полу заскрипели торопливо отодвигаемые стулья, послышалось вежливое бормотание Мэта и Перрина, которые изо всех сил старались не рвануть к двери бегом.