Хранительница Мира

— Но сначала выделим вам койки, — и расхохотался.

***

Моя «койка» впечатлила. По крайней мере покои в южной части дворца выглядели очень даже презентабельно. Даже пыли не было, что странно. Но во всем дворце царила чистота. Похоже, имеют место сильные бытовые чары. Только от чего они подпитываются столько времени?

Я думала, что, когда попаду в подземный город, буду волноваться, невольно ощущать себя не в своей тарелке под толщей гор. Но в Ингивиле, наоборот, на душу снизошло спокойствие. Город пуст, сюда не пробраться врагам. Поэтому, впервые за очень долгое время можно расслабиться и по-настоящему отдохнуть. Чем я и занялась.

Купальня радовала роскошью и комфортом. Здесь я засела надолго. Сначала отмокала, мылась и стирала вещи, а потом уже занялась обработкой синяков, ушибов и ран. В очередной раз порадовала целебная мазь. Боль она сняла сразу, и синяки должны были большей частью зажить к утру. Из купальни я выбралась распаренная и почти довольная. Наверное, нет смысла в жизни вообще, если не наслаждаться такими моментами спокойствия и тишины, которые выпадают столь редко.

Одевшись в обычную свободную рубаху и брюки, я покинула комнату и отправилась к Лалиэн. Хотела поговорить с ней и поддержать. Кириан долгое время был ей близок, сложно поверить, что все эти годы он обманывал, не показывая себя настоящего. И если мы все стали свидетелями его нападения, то Лалиэн не видела ничего и узнала о предательстве уже по факту с наших слов.

Лали занимала покои напротив моих. Открыла не сразу и, судя по сияющей коже и расчесанным до блеска волосам, занималась она тем же, чем и я: вспоминала, как это быть девушкой. Кажется, и она решила отбросить все тревоги, а потому серьезного разговора не получилось. И мы, как обычные девчонки, расселись на ее кровати. Я перебирала ее средства для ухода, каковых у меня не водилось. А Лалиэн делилась смешными историями из прошлой жизни принцессы.

Вскоре в дверь постучали. Ривен позвал нас на ужин. Накрыли в относительно небольшой столовой. В камине трещали горящие поленья, разогревая помещение. В центре комнаты стоял массивный каменный стол со скамьями. Продуктов в замке не водилось, так что обходились нашими запасами съестного. За столом велись непринужденные разговоры, звучали шутки и смех. А потом в комнату с грохотом вкатилась бочка. Перед нашими недоуменными лицами проявился улыбающийся Ульрик.

— Трехсотлетняя выдержка. Где вы еще такое найдете? — и он с задорным смехом хлопнул ладонью по пузатому боку бочки.

— А это не опасно? — шепотом спросила у меня Лалиэн.

— Канализация же тоже работает, — хмыкнула я, с не меньшим подозрением глядя на бочку.

— А почему бы не расслабиться? — Ривен поднялся из-за стола и направился к Ульрику, чтобы помочь с бочкой.