Странный мир

– Две тети и трое короедов, – «информировала» братишку юная стряпуха. – Или оставишь им и Викульке, или придется варить еще.

Максютка оценил уровень каши в горшке, задумчиво осмотрел ложку.

– Сварю еще, – и принялся за работу. Ложкой."

"С той же стороны, откуда прибыл едок, застучали копыта, и на коренастой лошадке из леса выехала еще одна девочка. Впрочем, это впечатление быстро рассеялось. Просто очень изящная женщина не самого высокого роста.

– Привет, я Виктория. Мои тут у вас не успели набедокурить?

– Доброе утро. Вы рано встаете, однако. – Иван невольно кивнул в сторону солнца, показавшегося над кромкой крон деревьев на противоположном краю поляны.

– Макс помчался как угорелый ни свет ни заря. У него сегодня чтение следа суточной давности, вот он и спешил, пока роса лежит, – новая гостья уже с собственной ложкой трудится над кашей, а Нюта устраивает на огне новый горшок. – До вашего вчерашнего скрадка все выглядело еще вполне прилично, но дальше след напоминал проспект после ярмарки, так что даже и не знаю, стоит ли засчитывать результат.

– Засчитывать, конечно, – отвечает Нюта. – Сейчас не до игр будет, в кои-то веки людей нашли. Представиться надо по чину, о делах расспросить…

– …куклами поменяться, – продолжает Максютка…

– …из рогатки с пацанами пострелять, – заключает Виктория. – Все надо успеть. И не забудьте, нам по плану еще к востоку следует отклониться до берега Днепра, чтобы сделать путевую обсервацию.

– Я вот о чем хотел спросить, – вклинивается Иван. – Детишек бы мне своих к вам в садик устроить. Только не знаю как, чтобы малышей с матерью не разлучать, а меня с семьей? Ну и насчет оплаты узнать.

– Вообще-то, концлагерь там у нас. – Виктория откладывает ложку и всматривается в то, что осталось несъеденным. – Четверти мешочка хватит, – обращается она к Нютке, готовящейся засыпать крупу в котел, – тут прилично осталось.

А Ивану хочется спросить, каким образом эта женщина узнала о том, сколько еще человек не позавтракало. Но, с другой стороны, его предыдущий вопрос пока остался без ответа, так что не будет он частить. После восьми лет жизни в лесу к людям начинаешь относиться без торопливости.

– Оплата стандартная, – поворачивается в его сторону женщина. – Или уживетесь вы среди нас, или вернетесь обратно.

– А бывало, что не уживались?

– Случалось.

– А почему? Какие-то правила нарушали?

– Сложный вы, Иван, вопрос задали. Понимаете, мы вообще живем не как нормальные люди. Вот эта девочка вчера хладнокровно лишила жизни птицу…

– Откуда вы знаете? – начинает спрашивать охотник, но осекается. Она же прошла по ее следам.

– …а мне не стоит возвращаться отсюда, не забеременев от кого-то из мужчин, живущих здесь. По крайней мере, попытаться я должна.