Странный мир

Копье, понятное дело, осталось в левой, но, если хватаешься за огнестрел, то держать его становится необязательно.

Повозка и девчата неспешно сближаются, и становится ясной причина равномерной медлительности арбы. Опустив вниз замечательных размеров нос, на облучке спит дяденька. За его спиной корзины и мешки. Ослик привычно трусит по знакомой дороге, и встречные его совершенно не интересуют.

Проводив глазами невозмутимо проследовавший мимо них экипаж, девчонки садятся верхом и пристраиваются сзади. Переглядки, сдержанное фырканье – удержаться от этого, конечно, невозможно. Но нехорошо будить человека, если без этого можно обойтись. Они – могут. Им в любом случае нужно туда, куда этот возок направляется.

* * *"

"Скучно ехать и ничего не делать. Тем более что напряжение, ни на секунду не оставлявшее разведчиц на протяжении почти месяца, здесь, после наглядной демонстрации обжитости этих краев, отпустило. Распелись потихоньку, да и принялись исполнять все подряд. Сонечкин дискант, Настин альт и контральто Виктории – довольно богатая палитра для выражения замысла композитора. Вообще-то контральто у старшей разведчицы бедное. Не хватает ему глубины звучания – мал размер грудной клетки, зато диапазон такой, что закачаешься. Плюс мастерское владение. Младшие тоже голосовыми данными не блещут, но рука опытного педагога и терпение – и трио вполне прилично звучит.

Бескрайняя степь не дает акустических эффектов, связанных с отражениями и наложениями, да и девчата на связки несильно налегают – человек рядом отдыхает. Однако исполнить «Аве Мария» без пронзительности – кощунственно. Так что въезд арбы, сопровождаемой почетным караулом, в селение из трех домиков на берегу реки происходит под звучание торжественной католической молитвы в самом ее возвышенном месте.

* * *Ослик остановился. Наверное, он всегда тут ждет разгрузки. Возница, перестав ощущать толчки от неровностей дороги, возвращается из царства Морфея в реальный мир и удивленно смотрит на молчаливых местных жителей, взгляды которых направлены не на него, а куда-то назад.

Виктория отдает копье одному из мужчин, и, оперевшись на вторую его руку, царственно покидает седло.

– Мы тут проездом. – Она отстегивает «урезанный» магазин от «калаша», движением затвора выщелкивает из ствола патрон так, что тот летит вверх и, описав дугу, попадает к ней в ладонь, после чего немедленно занимает свое место в обойме, которая тут же вставляется на место. – Дай, думаем, заглянем, спросим дорогу до Спиридоновки, – повернутый стволом вниз, автомат занимает свое место в ружейной кобуре за седлом. – Заодно попросим воды напиться, а то так есть хочется, аж переночевать негде.

Веселые улыбки указывают на то, что старая шутка с Земли принята.