Будни самогонщика Гоши - 2. Мир и нир

В нас готовы палить лучники и арбалетчики.

- Большая опасность, хозяин.

- Давай прикинем, кого ты сможешь перемножить на ноль.

- Не понял, хозяин?

- Забудь. Лучше скажи – у десятерых душу выпьешь?

- Десять… Нет. Я же должен буду работать на удалении от хозяина. Сил меньше. С лестницы – у троих. За минуту.

За эту минуту и превращусь в ёжика с иголками из арбалетных болтов. Думаем дальше.

- Биб, количество людей, у кого сотрёшь память, зависит от того – на год подчищаешь или до самого младенчества?

- Не зависит, хозяин. Только от расстояния.

- Хорошо. Допустим, мы доносим лестницу до подножия стены. Там ты начинаешь. Сколько? Стена в три моих роста.

Он примолк. Похоже – задумался. На него не похоже.

- Десять на стене – сразу.

- Отлично! До башен дотянешься?

- Дотянусь… Но хуже.

- Значит – надо дотянуться. Потом заскакиваем на стену. Кого ты не вогнал в детство – я упокою. Сколько времени тебе надо, чтобы… Не знаю как сказать… Перезарядиться?

- Восстановиться. Чтобы быстрее – нужна душа. И минуты полторы, чтоб она усвоилась.

Иначе у верьи случится запор? Откровенно говоря, это самое неприятное – отдавать призраку команду на убийство. Но если защитников так или иначе покрошат каросские наёмники, велика ли разница? И я никуда не денусь, не увернусь от боя, проклятая клятва… Но всё равно – противно.

Раньше, в России, я никогда не думал, куда отправляется душа после смерти. Ходил несколько раз в храм, ставил свечки. А всё услышанное про бессмертие души и воскрешение благодаря Христу-Спасителю, каюсь, пропускал мимо ушей. Не то, чтобы не верил, мне было всё равно. И, честно говоря, атеистический червячок сомнения откровенно рулил. Никто не вернулся с того света. Никто не рассказал, каково там душе, правда ли, что она бессмертная или рассеивается как дым, когда сердце остановилось. Я молод, мне рано думать о конце. А если в лоб влетит арбалетный болт, вообще пофиг: загнусь раньше, чем успею сообразить.

Здесь – боги. Натуральные. Пусть не такие всемогущие, вездесущие и всеведущие, как описаны в священных книгах Земли. Зато их присутствие смешно отрицать. Если наличие души в моём прежнем мире – предмет споров, тут до одури просто: душа – это предмет охоты для невидимого вампира, живущего во мне.

И вот что не даёт покоя. Раз есть боги, душа, где-то существует загробный мир, верно? А теперь вопрос: одинаково ли туда попадает душа, если тело обезглавить или её выпил верья? Может, павшим от меча уготовано совсем иное посмертие, чем жертвам Биба?

Веруна спрашивал. Тот с необычной прямотой отрезал: понятия не имею. Местные боги не только не всеведущие, но и не стесняются признаться в этом.

- Биб! Перед выходом в поход молились о покровительстве Моуи. Хоть что-нибудь это даёт?

- Конечно! Король – помазанник Моуи.