Мир падающих звезд VIII. Железный человек

— Ух, и хороша у тебя кухарка, Владимир! Замужем она?

— За Егором очередь занимай, он на тётку Наталью давно глаз положил.

Гравий огорченно покачал головой:

— С Егором-то мне не тягаться… Славный охотник.

— Ничего, зато ты моложе и еды поглощаешь больше. Шансы есть.

— Уверен. Только не вздумайте тётку Наталью из усадьбы уводить! Вот этого уж точно никому не прощу. Ты наелся? Или попросить, чтобы ещё принесли?

— Наелся. Теперь подняться бы…

Гравий откинулся на спинку стула. Стул угрожающе заскрипел.

— Ну, хочешь, передохни. Мне не к спеху.

— Да не. Уж собрались, так пойдём.

Гравий встал, взял с соседнего стула плащ и ножны с мечом. Посмотрел на меня.

Пока он насыщался, я успел сходить наверх за оружием.

— Тогда давай за мной.

Гравий изобразил Знак на ворсе ковра и исчез. Я встал на Знак. Через мгновение оказался в лесу. В следующее мгновение понял, что вокруг темно и идёт снег.

— Это нормально, вообще?

Я запалил светляка. Огляделся. Ветер, будто только того и ждал, усилился. В лицо мне швырнуло снежный заряд.

— Да всяко бывает, — безмятежно отозвался Гравий. — Бывает, что у нас день, и тут тоже день. А бывает, что у нас ещё день, а тут ночь. Или наоборот — тут светло, а у нас ещё ночь. Не угадаешь. Сложное колдовство.

Я, сообразив, выругался.

Ну да. Сибирь же. Другой часовой пояс. Если в Смоленской губернии сейчас часов пять вечера, то тут запросто — все десять. А темнеет в октябре уже в шесть.

— Идём? — спросил Гравий.

— Нет уж, на хрен. Что я точно в гробу видал, так это ночью в метель по сугробам лазить. Один раз, двадцать лет назад, выжил — и хорош судьбу испытывать. Давай-ка обратно ко мне. Выспимся, встанем затемно, тут уже светло будет. И на свежую голову вот это всё. Заодно я оденусь нормально. Ты ж не предупредил про метель.

Гравий пожал плечами:

— Так я тебя спросил: готов? Ты говоришь, готов. Ну так, стало быть, и вот. Чего тут ещё-то?

Не, ну с точки зрения бродяги охотника, у которого на все случаи жизни единственный костюм, как-то ещё готовиться к превратностям судьбы и впрямь лишнее. Но у меня, слава богу, зимней одежды полно. Могу себе позволить гонять по сибирским лесам без риска огрести воспаление легких. И Гравия, кстати, тоже не мешало бы приодеть. Надо порыться в гардеробе, глядишь, найдётся что-то и на его могучие плечи.

— Короче. Сейчас — домой, — решил я. — Завтра вернёмся. Не возражаешь?

— Да как скажешь. А с чего ты взял, что если мы у себя затемно встанем, здесь светло будет?

— А вот это, друг мой Гравий, сложное колдовство. Тут с самого начала начинать надо. С того, что мир стоит не на трёх слонах, стоящих на огромной черепахе.

Однако утром — ещё затемно! — в наши планы вкралась длань судьбы.