Мир обретённый

Даже в Междумире, где живые краски казались мутными и расплывчатыми, небеса не теряли свой ошеломляющей величественности; закат окрашивал увядающую ноябрьскую листву всех деревьев — и живых, и мёртвых, в цвета пламени. А потом на землю спускались голубые сумерки. Это зрелище наводило Алли на мысль: а не существуют ли облака, звёзды и солнце в обоих мирах одновременно? Уж луна-то точно светит одинаково как живым, так и мёртвым.

«Нет, не мёртвым!» — напомнила себе Алли. — Заблудившимся между жизнью и смертью...»

Вообще-то Алли была гораздо ближе к живым, чем большинство обитателей Междумира. Это делало её особенно ценной, особенно опасной.

И поэтому она теперь была привязана к передку призрачного поезда.

Правда, в настоящий момент обзор оставлял желать лучшего. Всё, что она видела — это лишь главный вход в деревянную церковь. Он, пожалуй, показался бы ей красивым и достойным восхищения... если бы не находился в футе от её носа.

Поезд стоял у церкви уже много часов, и всё это время Милос, Спидо и группа других, самых лучших и сметливых ребят из числа подопечных Мэри Хайтауэр, решали, что же им делать.

Сама Мэри дать никаких ценных рекомендациий не могла.

Перманентно истекающий водой Спидо (он так и ходил в тех самых мокрых плавках, в которых умер), отличался умением предлагать наиболее трудоёмкие решения возникающих на их пути проблем.

— Мы могли бы осадить поезд назад и найти другую мёртвую ветку, в обход.

Дело в том, что поезд-призрак мог двигаться только по тем путям, которые в живом мире больше не существовали.

Милос, их главарь в отсутствие Мэри, покачал головой."

"— Мы и так потратили массу времени, пытаясь найти путь, который не заканчивался бы тупиком. Каковы шансы, что нам вот так просто удастся найти ещё один?

Он разговаривал на немного выспреннем английском с едва заметным русским акцентом, который Алли когда-то находила очаровательным.

— Почему бы вам просто не махнуть на всё рукой? — издевательски предложила Алли, положение которой позволяло ей подобные выпады. — Ведь ты, Милос, уже должен бы привыкнуть, что за что ни берёшься — вечно садишься в лужу. Ты в этом деле спец.

Тот злобно уставился на неё.

— А может, нам просто пойти напролом, — процедил он, — используя твою физиономию в качестве тарана?

Алли пожала плечами.

— Да пожалуйста, — сказала она, зная, что ничто в Междумире не сможет нанести ей физический ущерб. — Мне бы просто очень хотелось взглянуть на твою собственную физиономию, когда поезд сойдёт с рельсов и провалится под землю.

Милос крякнул с досады, поняв, что она права. В обычном мире если ударить деревянное строение чем-нибудь очень увесистым, то оно рассыплется, и поезд спокойненько проследует сквозь обломки. Но здесь не был обычный мир.