Мир-о-творец

Даже в его малой нужде, не говоря про остальных помещиков. Доспехи и оружие могли понадобиться мужу. Но, поразмыслив, особенно после того сложного разговора с Царем, решила заработать личных политических очков. Ведь каждый помещик прекрасно понимал, «за чей счет этот банкет». Посему она из запасов мужа выделила деньги на лошадей страждущим. Да, степных меринов. Но на безрыбье и рак за колбасу сойдет. Да и доспехов с оружием выделила в нужном объеме. Так что поместное войско, что привел Иван Шереметьев к Ладоге разительным образом отличалось от того, каким оперировал Иоанн Васильевич у Смоленска. Здесь все помещики были одвуконь, при ламелярном доспехе, шлеме, копье длинном и щите. С луками дела обстояли похуже, но стрелами Марфа их снабдила в достатке – по три колчана на стрелка.

В общем – красота.

Жаль числом не шибко многочисленны – все чуть за две тысячи. Но после того разгрома, что произошел на Смоленской дороге – и это – очень много…

Постояли.

Посмотрели друг на друга эти делегации.

Представились.

Благо, что с Шереметьевым был толмач новгородский. Он германский язык славно разумел, поэтому переводил на лету.

– Ведаете ли вы, что Государь Дании пошел войной на Государя Швеции? – спросил Шереметьев после завершения представления.

– Нет. – глухо ответил командующий.

– Данские корабли стерегут устье Невы по уговору с Императором Рима. И не пускают туда свейские суда. Оттого не быть вам ни корма, ни припаса иного, и платы. До окончания войны или хотя бы перемирия. Когда же они случатся – Бог весть.

– Ты хочешь предложить нам сдаться? – нахмурился командующий.

– Император Рима Андрей Прохорович Палеолог, известный также как Белый Волк, вступил на землю Литвы и идет ратью на Жигимонта. И далее, как вызволит из плена Смоленск, пойдет освобождать иные владения Государя моего Иоанна Васильевича. Ибо в дружбе они великой.

– В такой дружбе, что твой Государь Андрея выгнал в Крестовый поход? – спросил командир артиллеристов.

– Не выгнал, а помог отправиться, чтобы Андрей Прохорович вернул свою кровную вотчину с Царьградом, и воцарился законно на престоле прародителей своих.

– Ты прибыл только для того, чтобы нам это сообщить? – прищурился командующий, вытирая лицо от капель воды. Небольшой порыв ветра заломил поля его широкополой шляпы и дождь слегка спрыснул ему мордашку.

– Я прибыл предложить от имени моего Государя вам службу.

– Но мы уже на службе.

– Ваш наниматель бросил вас. Он не платит и не кормит. Мой же Государь – щедр к своим слугам.

– А если мы откажемся?

– Под моей рукой войско, достаточное для того, чтобы разгромить вас. Мы специально ждали дождя, чтобы пищали ваши не знали огня, как и тюфяки. Так что, мню, вы ладно не управитесь супротив конницы.