Мир Льда и Пламени

«В этой войне мы не можем надеяться на победу», – предупреждала она, но другие князья перекричали ее и присягнули Гарину. Даже воины из ее собственного Ни Сара рвались в бой, и у Нимерии не осталось выбора, кроме как присоединиться к общему союзу.

Вскоре в Крояне под началом принца Гарина собралась армия, крупнее которой Эссос еще не знал (согласно Бельдекару – четверть миллиона воинов). От верховий Ройны до многочисленных протоков ее устья каждый взрослый мужчина брал меч со щитом и держал путь в город праздников, чтобы присоединиться к великому походу. Принц заявил, что до тех пор, пока армия остается рядом с Матерью-Ройной, им нечего опасаться драконов Валирии; их собственные заклинатели воды уберегут воинов от валирийского пламени.

Гарин разделил свое огромное войско на три части. Одна шла восточным берегом Ройны, другая – западным, а мощный флот боевых галер скользил меж ними по водам реки, сметая вражеские корабли. Принц вел всю собранную силу от Крояне вниз по реке, уничтожая на своем пути каждую деревню, городок или заставу и подавляя любое сопротивление.

Возле Селориса он выиграл первую битву: тридцатитысячная валирийская армия была разгромлена, а город – взят штурмом. Валисар постигла та же участь. В Волон Терисе Гарин лицом к лицу столкнулся со стотысячной вражеской армией при сотне боевых слонов и трех драконьих всадниках. Здесь он также одержал победу, хотя и дорогой ценой. Сожжены были тысячи воинов, но другие тысячи укрылись в реке на мелководье, в то время как заклинатели подняли против вражеских драконов огромные водяные смерчи. Лучники ройнаров сбили двух драконов, а третий, весь израненный, скрылся. Затем Матерь-Ройна восстала в гневе, чтобы поглотить Волон Терис. После этого люди стали называть победоносного принца Гарином Великим, и сообщают, будто в Волантисе великие лорды дрожали от ужаса при приближении его войска. И вместо того, чтобы сойтись с врагом в поле, волантийцы спрятались за своими Черными стенами и обратились за помощью к Республике.

И драконы явились. Не три, как у Волон Териса, но триста или даже больше, если верить дошедшим до нас сказаниям. Ройнары не могли выстоять против их огня. Люди горели десятками тысяч, а тысячи других бросались в реку, надеясь, что объятия Матери-Ройны защитят их от пламени драконов... но лишь тонули в тех материнских объятиях. Некоторые летописцы уверяют, будто огонь жег так, что сами воды реки закипали и обращались в пар. Гарина Великого схватили живым и заставили смотреть, как его народ страдает за свое неповиновение. К воинам такого милосердия не проявили. Волантийцы с валирийскими родичами предали их мечу – столь многих, что сообщали, будто от их крови большая гавань Волантиса стала красной, насколько хватало глаз.