Мир, который без меня. (Альтернативный гей-роман).Книга 3.

Придется делать вид, что… Делать ничего не хочется. Тем более вид. И удрать бы сейчас от изнурительного подписывания миллиона экземпляров романа, но это входит в программу. Хотя, почему нет? Во всяком случае, в отличие от Роя эти люди рады видеть его, чего не сказать о нем самом в обратном направлении, то есть, в отношении них. И дело здесь вовсе не в отношении, а просто… Он просто устал и просто расстроен. Хотя, чего уж тут? Все, как Рой говорит. По плану. Его плану.

— Почерк такой непонятный, — бубнил ведущий, сощуриваясь, словно мог этим упростить проблему. — Что в Джиме Сноу самое странное? Кажется, так.

Джим улыбнулся той самой улыбкой, что делает мужчину беспроигрышным в плане любования. Энди давно вычленил из всех улыбок Джима именно эту. У Роя тоже была такая, и парень знал — против нее нет средств защиты. Это — как оружие массового поражения. Минимум затрат, максимум результата.

— «Что во мне самое странное? — Сноу задумался. Не то, чтобы он не знал, он должен был ответить так, чтобы это ни к чему не обязывало. - Ну, я не знаю. По-моему, лучше не знать, что в тебе самое странное, иначе от психотерапевта не вылезешь. Я не знаю».

— Трудно быть другом Джима Сноу?

— Что? — переспросил актер, словно хотел взять некую паузу на обдумывание.

— Трудно быть другом Джима Сноу? — повторил ведущий громче.

— Для кого? Для меня – нет.

Зал разразился овациями. Каждый хотел быть другом Джима, только это получилась бы уже целая социальная сеть. Миллион друзей, а друга ни одного.

— О-о-о! — вдруг взорвался ведущий. — Не уверен, что могу задать этот вопрос Джиму…

— Да, чего уж там, — махнул рукой Сноу. — Не думаю, что за это время мне удалось скрыть хотя бы часть содержимого собственного желудка…

— Вы все же натурал? — возвестил ведущий и выдохнул, словно сделал что-то очень сложное. — Это не я, это они спрашивают.

— Я не понял. Это такой вопрос? — почти удивился Джим.

— Ну, да. Здесь именно так и написано. Вы все же натурал?

— Хороший вопрос. Главное честный. Что ж, я отвечу. Не думал, что за время съемок меня все же перекосило до такой степени, чтобы давать почву к подобным вопросам. Я могу сказать только одно — просто есть такая ориентация, как актер. Часто у людей бывает своеобразное отношение к телевизионным персонажем, и оно автоматически переходит на личности. «Это любопытно, но так происходит. У тебя должно быть… говоря обо мне, я должен как следует дистанцироваться от этого, и потому, я думаю, иногда я подчёркиваю различие между мной самим и персонажем сериала — потому что люди могут быть очень горячо убеждены в чём-либо. И это свидетельство того, что… Это хорошо.