Мир глазами Гарпа

Казалось, его лично бесит, что они уступают безумию, — возможно, потому, что сам он зачастую с трудом вел себя как человек здравомыслящий, и, когда иные люди отказывались приложить хотя бы минимальные усилия по поддержанию в себе здравомыслия, Гарп резонно подозревал, что они просто сдались.

— Терпимость к нетерпимому — одна из труднейших задач, какие ставит перед нами эпоха, — говорила Хелен.

Гарп прекрасно знал, что она умница и порой гораздо дальновиднее, чем он, но по отношению к джеймсианкам он сознательно проявлял настоящую слепоту. Ну а они, разумеется, проявляли настоящую слепоту по отношению к нему.

Наиболее ядовитые рецензии и замечания, касавшиеся взаимоотношений Гарпа с матерью и его творчества, исходили именно от джеймсианок. Пойманный на их наживку, он тоже пытался ловить их, но на свою наживку. Трудно сказать, с чего все это началось и стоило ли вообще этому начинаться, однако Гарп стал предметом жестоких споров среди феминисток, в значительной степени из-за того нескрываемого раздражения, какое он вызывал у джеймсианок и с каким он сам к ним относился. По этим-то причинам многим феминисткам Гарп нравился, а многие его терпеть не могли.

Что до самих джеймсианок, то в своем отношении к Гарпу они были не более сложны, чем в своей символике: ведь их языки были отсечены из-за отсеченного языка Эллен Джеймс.

По иронии судьбы, именно Эллен Джеймс суждено было раздуть пламя этой давней холодной войны.

Эллен привыкла показывать Гарпу свои литературные опыты — многочисленные рассказы, воспоминания о родителях, об Иллинойсе, стихотворения, болезненные аналогии бессловесности, а также свои оценки визуальных искусств и плавания. Она писала очень умно и умело для такой юной девушки, и ее опусы всегда были заряжены мощной энергией.

— Она настоящий человек! — неустанно повторял Гарп в разговорах с Хелен. — Причем не просто талантливый, но и страстный. И как мне кажется, у нее есть и необходимый запас жизненных сил, и выдержка.

Выражение «запас жизненных сил» сама Хелен в разговорах с мужем практически не употребляла; она боялась, что свой «запас жизненных сил» Гарп полностью растерял. Он и сам безусловно был и талантливым, и страстным, однако Хелен чувствовала, что некогда он выбрал слишком узкую тропку, сбился с нужного направления и теперь только возрожденный «запас жизненных сил» позволил бы ему снова выйти на широкую дорогу.

Это очень печалило Хелен. До поры до времени она была готова довольствоваться чем угодно, любым занятием, которому Гарп мог отдаваться с должной страстью, — пусть это будет борьба, пусть даже война с джеймсианками, ибо Хелен верила: энергия порождает энергию и Гарп рано или поздно непременно снова начнет писать.