Дарующий мир

А по мере развития его личной жизни наша квартира и вовсе стала напоминать отдельный бразильский сериал с итальянскими страстями.

А потом в жизни брата появилась Вера и наши будни заиграли новыми красками, заставив нас всех забыть о том, что значит покой. Завидовал ли я Стасу? Наверное, да. Я завидовал его уверенности в своих чувствах и той глубине, с которой он смотрел на это чудо с фиолетовыми волосами. Им было далеко до той гармонии и зрелости, что царила между Черновыми-старшими, им вообще было далеко до разумности, но мне хотелось верить, что однажды они справятся и с этим.

Вера и Стас окончательно съехали от меня полгода назад, но даже тогда тишина в квартире не казалась мне настолько громкой, как сейчас.

И вот, я лежу на полу, на том самом месте, где когда-то был наш ковёр и отец мне рассказывал о самом великом чувстве в мире – любви к своей женщине – и смотрю в потолок. Где-то в глубине кухни звонит телефон, но даже его вибрация и отголоски мелодии не способны победить ту невыносимую пустоту, что поселилась здесь после того, как ты ушла.

Глава 1

Утро начинается с тихого шлёпанья босых ступней по полу. Ванька ходит негромко и неуверенно: то ли не проснулся ещё, то ли просто осторожничает. Я тяжко вздохнула, потому что спать хотелось ужасно. Где-то сбоку заворочался Слава, безмолвно напоминая о том, что ночь уже давно потеряла свои права. И прежде чем лень и недосып успеют взять своё, я резко подняла себя с кровати.

Как и ожидалось, ребёнок мялся у входа в спальню. Славка всегда остро реагировал, когда кто-то нарушал его сон, и сын к своим шести годам прекрасно это усвоил. Подхватила его на руки и поцеловала такую сладкую макушку."

"-Привет, мой хороший, - прошептала ему на ухо, и детское тельце тут же расслабилось в моих руках.

Он мелкий, даже для своего возраста, невысокий, худющий, с выпирающими лопатками и острыми костяшками на тонких запястьях. «Жертва Освенцима», - как иногда неуместно шутила свекровь, Ольга Николаевна.

Когда Ванька родился, все рассчитывали на то, что он вырастет настоящим богатырём, ещё бы, при таких-то генах. Свёкр, Виталий Игоревич, в своё время был чемпионом области по гиревому спорту. Он и сейчас, когда ему уже перевалило за шестьдесят, оставался мощным и плечистым. Слава, с юности увлекавшийся еженедельными походами в тренажёрку и силовыми упражнениями, ничуть не уступал в своей комплекции отцу. Благо, что рост у обоих был средний, иначе бы я совсем потерялась на их фоне.

Про таких, как я, обычно говорят: мелкая собака – и до старости щенок. И пусть старость мне в ближайшее время не грозила, но уже сейчас было очевидно, что в магазин за алкоголем мне ещё лет двадцать суждено ходить исключительно с паспортом.