Мир Аматорио. Исчезнувшая

Расскажешь, какого хрена мы сегодня приперлись в такую рань?

Раздается звук захлопнувшейся двери. Спустя пару секунд капот внедорожника огибает высокий парень. Я моргаю несколько раз. Это он.

Кэш.

На нем белая рубашка с расстегнутыми верхними пуговицами, черные брюки, вокруг бедер повязанный пиджак академии. Его каштановые волосы небрежно уложены, а глаза скрыты темными солнцезащитными очками Ray Ban.

В последней статье, опубликованной на прошлой неделе, было написано, что Кэш подрался в ночном клубе, после чего был задержан, но его выпустили под залог. Даже на снимке после полицейского участка он выглядел впечатляюще со своей дерзкой ухмылкой.

Именно с такой же ухмылкой он оборачивается на своего друга, который прижимает старшеклассницу к кузову внедорожника и запускает руки под ее юбку. Я мысленно благодарю нашего водителя за то, что он припарковал Rolls-Royce таким образом, что моему отцу не видно всей этой распутной картины.

– Пора взяться за ум, – отвечает Кэш удивительно низким голосом для своего возраста и кивком подбородка указывает на девушку. – Даже не начинай, Стив. Я уже был с ней и не советую.

– Заткнись, Кэш! – на него шипит старшеклассница. – У нас с тобой ничего не было.

– Ничего не было, – Кэш надувает пузырь из жвачки и лопает его с громким хлопком. – Не считая засоса, который ты оставила на моем члене.

Стив выпускает сдавленный смешок, а несчастная старшеклассница вопит во все горло:

– Ты врешь!

– Уверена? – с вызовом бросает Кэш и опускает руку на пах. – Я могу доказать обратное. Клянусь, мои яйца до сих пор фиолетовые.

Десмонд теряет интерес к разговору и невозмутимо уходит с парковки. За ним следует Стив с покрасневшим от смеха лицом. Я уверена, что мои щеки такого же оттенка, но по другой причине.

Старшеклассница гневно поправляет юбку и отправляется в академию вместе с подругой. Кэш разворачивается, собираясь последовать за Десмондом и Стивом, но в последний момент оборачивается. Его глаза скрыты за очками, и я не могу со стопроцентной уверенностью заявить, куда обращен его взгляд. Но мне кажется, что он смотрит на меня. Иначе, как объяснить мой резко подскочивший пульс?

Я нервно прикусываю нижнюю губу, пока его рот растягивается в ухмылке. В памяти почему-то всплывает деталь, когда неизвестный поджигатель стоял на заднем дворе, держал перед собой зажигалку и облизывал губы кончиком языка.

Нет. Это невозможно.

Я поворачиваюсь к отцу, который завершает телефонный звонок.

– Вот, о чем я говорил тебе, Кимберли. Только посмотри на них. Готов поспорить, что Аматорио вместе со своим приятелем лишили невинности этих девиц по дороге в школу. И уже завтра на их месте окажутся другие наивные дуры.

Выходит, мой отец все видел.