Мир Аматорио. Доверие

Всякие светские тусовки, вечеринки и прочее дерьмо, помогающее отвлечься.

Между тем, Синтия подбегает ко мне. Я хватаю ее и подбрасываю в воздух. Она радостно хохочет, когда я ловлю ее, и от детского смеха в моей гребаной темной душе становится чуть светлее.

– Папа сказал, что ты выиграл гонку.

– Ага, – я опускаю Синтию на пол. – А как у тебя дела, красотка?

– Ужасно, – отвечает она таким тоном, будто бы завтра произойдет апокалипсис.

– Я не смогла выиграть папу.

– Он три раза обогнал меня в бассейне, – говорит Синтия, и только сейчас я замечаю, что ее темные непослушные кудрявые волосы еще не успели высохнуть.

– Не переживай. У меня есть идея, как в следующий раз обогнать твоего папу.

– Как? – спрашивает Синтия, и ее круглые глаза, напоминающие блестящие пуговки, любопытно прищуриваются.

– Отвлеки его. Когда папа опять обгонит тебя, крикни, что у тебя из ушка выпала сережка, которую он подарил. Пока папа будет искать ее в бассейне, ты успеешь приплыть первой.

– Но это же нечестно. Папа говорит, что нужно играть по правилам.

– Правила придуманы для того, чтобы их нарушать, – заговорщицки шепчу я, и Синтия начинает хихикать.

– Десмонд, ты опять учишь Синтию нечестно играть, – в гостиной появляется Лоренс, отчитывая меня менторским тоном.

– Это изначально нечестная игра, потому что у тебя больше преимуществ, чем у Синтии, – возражаю я. – А отвлечь внимание соперника – обычный стратегический ход.

Я поворачиваюсь к Лоренсу и сталкиваюсь с его тяжелым осуждающим взглядом. Не очень хороший знак. В последний раз Лоренс так смотрел на меня, когда я подрался после гонки, и меня забрали в полицейский участок.

– Синтия, вернись в свою комнату. Мне нужно поговорить с Десмондом, – произносит Лоренс тоном, не терпящим возражений. – У нас будет взрослый разговор.

Синтия поднимает голову и выжидательно на меня смотрит, как бы мысленно спрашивая, можно ли ей остаться. Я качаю головой, и она неохотно выпускает свою ладошку из моей руки и уходит. Вскоре ее маленькая фигурка пропадает из виду, и Лоренс скрещивает на груди руки.

– Я слышал, что ты подрезал Адриана, – заявляет он.

– Обиженный сыночек уже успел поплакаться мамочке? – усмехаюсь я.

– Это не смешно, Десмонд. У тебя агрессивная манера езды. И ты прекрасно знаешь, как это небезопасно.

Поджав губы, я смотрю на Лоренса несколько секунд. Я в курсе, что веду себя за рулем небезопасно. Но Лоренс будет полным придурком, если ждет от меня, что я стану тормозить на поворотах и вежливо пропускать вперед соперника. Пускай Адриан скажет «Merci» за то, что я не протаранил его Ferrari.

– А еще мне известно, что ты чуть не сломал руку Адриану после гонки, – мрачно добавляет Лоренс.