Эпоха мёртвых. Начало

Ты прав, меры надо принимать немедленно. Пойду с твоим отчётом к начальству.

— А начальство отреагирует?

— Если пообещаю передать материалы в «Шешнашку», то отреагирует, никуда не денется.

— Да, это подействует.

Учёные вышли из трёхэтажного здания института во двор. Уже стемнело, но вечер был необычно тёплым для середины марта. Дегтярёв, продолжая наслаждаться неожиданно возросшим благосостоянием, год назад прикупил себе уже вторую «вольво», на которой и ездил теперь, а у Крамцова рядом с машиной начальства прямо во дворе института был припаркован пожилой, но ухоженный «Форанер» скромного серого цвета, с багажником на крыше и на высоких колёсах, выдававших любителя внедорожной езды.

— Ладно, до завтра, Серёжа.

— До завтра, Владимир Сергеевич.

19 марта, понедельник

— Не дотягиваюсь я до верха, блин! — прошипел Дима, пытаясь надеть сооружённый Семёном «трамплинчик» на вершину институтской стены. — Раньше подумать не мог об этом?

— Я подумал. Завязывай с истерикой, лучше подними меня, я надену, — так же прошептал Семён.

В темноте возле забора раздалась тихая возня, затем Дима поднял к верху забора сидевшего у него на плечах щуплого Семёна. Что-то металлически заскребло по бетону, и от верха забора во двор института протянулись две изогнутые металлические планки, как крючки огромной вешалки.

— Опускай. Теперь бомба.

Вновь послышалась возня, вжикнула застёжка «молния», затем Семёна вновь подняли. В руках у него была «колбаса» взрывного устройства. Из неё сбоку свисал длинный фитиль, изготовленный из верёвки, пропитанной селитрой. Горел такой фитиль намного медленней стандартного огнепроводного шнура, и имеющийся отрезок его, длиной почти в метр, давал возможность далеко убежать до того, как бомба взорвётся. Семён щёлкнул зажигалкой, фитиль загорелся с тихим шипением, огонёк медленно пополз к бомбе.

— Давай. Опускать тебя?

Бомба прокатилась по направляющим и с увесистым шлепком упала на асфальт с той стороны забора.

— Опускай, — прошептал Семён сверху. — Смываемся. Сумку не забудь.

— Давай держись. Опускаю.

Семён спрыгнул с плеч Димы, подхватил с земли сумку, в которой принесли бомбу. Затолкал в неё снятые со стены самодельные направляющие. Теперь всё, следы заметены.

— Всё, уходим, — сказал Семён.

— К машинам? — глупо уточнил Дима.

— А куда ещё? — прошипел Семён. — Валим отсюда!

19 марта, понедельник

Николай Минаев работал в службе безопасности «Фармкора» уже больше четырёх лет. Начинал как охранник, а затем стал телохранителем у одного из членов Совета директоров концерна. Служба телохранителем была беспокойной, и вовсе не потому, что его клиенту кто-то угрожал, а потому, что была ненормированной, беспорядочной и утомительной.