Минуты между нами

– Все вышли? Никого не забыли? – Григорьевна по обыкновению суетится, торопливо пересчитывая каждого из нас, а потом по узкой тропе, засыпанной мокрой хвоей и опавшими листьями, ведёт за собой к базе.

Нехотя ступаю за всеми, отчаянно не понимая, какого лешего нужно было забираться в непролазную глушь ради обычного квеста. Впрочем, судя по кривым лицам одноклассников, подобного мнения придерживается каждый второй из нас.

Минуты через две мы выходим к деревянному забору, заметно посеревшему и покосившемуся от времени. Трухлявый, местами сгнивший, он ни черта не скрывает, зато придаёт некой жути этому и без того мрачному месту, а старые ворота, изрядно проржавевшие, так и освежают в памяти кадры из советских фильмов о пионерлагерях.

– Нам только галстуков красных не хватает! – бубню себе под нос, беспрестанно поправляя воротник толстовки. Мне холодно. И с каждым новым порывом ветра всё больше хочется вернуться в город.

– И звёздочек октябрятских! – заливисто хохочет Косолапов, толкая меня в плечо. Я и не заметил, когда он успел меня догнать.

– Куда тебе звёздочку-то, пионер-переросток? – передразниваю верзилу, а сам исподлобья поглядываю на Лихачёва.

Егор, как и я, не испытывает щенячьего восторга от окружающей нас атмосферы, да и вообще со своей кислой рожей всё больше напоминает грозовую тучу. Я даже немного скучаю по тем временам, когда считал его другом. Как ни крути, но в таких пропитанных ужасом местах человеку нужен рядом человек, я же, походу, остался совсем один.

– Тишина! – командует учительница, в очередной раз выдёргивая меня из пучины переживаний.

– Ну чего вы растянулись, как дождевой червяк на асфальт?! —Укрывшись от непогоды за широким капюшоном ветровки, Ирина Григорьевна машет руками и подгоняет нас жестами. – Живее! Живее! Уля, лицо попроще сделай! Лера, шевелись! Хватит уже в мобильном зависать: связи здесь нет, а интернета и подавно!

Заявление классной сродни удару молнии – все тут же начинают шуметь и возмущаться. Одни тянутся за гаджетами, чтобы лично удостовериться в подлинности слов Григорьевны, другие проклинают день, когда согласились сюда приехать. Я же непроизвольно оборачиваюсь. Я был уверен, что Ильина ухватила счастливый билет и вовремя смылась, даже немного завидовал ей, но, глядя на то, как понуро она замыкает нашу компанию и шмыгает веснушчатым носом, понимаю, что выхода нет – нам придётся пройти этот чёртов квест вместе, чтобы вернуться.

Глава 8. Клоун

Лера"

"Падать всегда больно, и не важно, споткнулся ты и приземлился голыми коленками на неровный асфальт или, как я, в очередной раз сел в лужу.

Я снова прячусь от мира за капюшоном толстовки в самом дальнем углу «пазика». Уже не плачу. Наоборот, улыбаюсь своей чёртовой глупости.