140 ударов в минуту

Жена удивительно решительным шагом входит в прохладу здания старой постройки. Точнее пристройки к обычной панельной пятиэтажке. Замирает, увидев непривычную ей обстановку и регистратуру. В углу автомат для записи в электронную очередь.

Скривившись, иду выяснять, как нам сделать рентген по той бумажке, что дали в скорой.

— Записываться надо! — недовольно фыркает женщина в белом халате. Я тут их достал за последние три года. Они меня в лицо знают. — У нас очереди, между прочим.

— Дык он по скорой же, — вступается другая. — Саркис, сейчас выйдешь, в конце здания будет дверь. Там нужный тебе кабинет. Потом вернёшься, дам тебе талончик к вашему участковому терапевту. Она в две смены сейчас. Отпуска.

— Спасибо, — забираю свои бумажки и веду Стефу на улицу.

— Такая злая, — шепчет она, подбираясь ко мне поближе. — В той больнице, куда мы ходим, так не разговаривают. Надо было туда тебя отвезти.

— Не надо, — сжимаю её ладошку.

Стефа тут как на экскурсии. Всё время оглядывается по сторонам. Удивляется очереди в нужный нам кабинет. Прислушивается к разговорам, от которых я давно привык абстрагироваться. Смешная такая. Настоящая принцесса, спустившаяся посмотреть, как живёт простой народ. Надо отдать ей должное. Не капризничает, не топает ногами. Терпеливо высиживает со мной больше часа и отпускает в кабинет на снимок.

— Когда примерно будет готово? — надевая футболку, спрашиваю у врача.

— У тебя срочное, — прикидывает он. — Но всё равно час, не меньше. Народу сегодня, — вздыхает мужчина.

— Окей. Я тогда через полтора подойду. Норм?

— Очень хорошо. Следующего не зови пока, — просит он.

Только выхожу из кабинета, Стефа тут же оказывается рядом. Объясняю, что результаты будут позже, пока можем ещё немного погулять по району. Хоть будет знать, где тут что расположено.

Через полтора часа возвращаемся. Забираю снимок, описание и иду к терапевту. Тут снова приходится посидеть в очереди, потому что мы заранее не записывались.

— Пойдёшь со мной? — предлагаю жене.

— Прямо в кабинет?

— Ага. Мы же уже целовались, значит зайти со мной в кабинет к терапевту ты точно можешь, — заверяю её с совершенно серьёзным лицом.

— А вот и пойду, — важно поднимает носик. — Начнёшь сейчас от больничного отказываться, а врач сказал, тебе надо отлежаться.

Терапевт бегло меня осматривает. Больше и некому. У нас и так тут перебои со специалистами, а сейчас конец лета. Все отдыхают.

Изучает снимок, задаёт вопросы, что-то быстро набирает на клавиатуре.

— Трещины в рёбрах нет. Только сильный ушиб. Да и лёгкое сотрясение у тебя, похоже, всё-таки есть, так что давай перестрахуемся. На все десять дней я тебе постельный режим прописывать не буду. Но пять из них поживи в щадящем режиме, преимущественно лёжа.

— Да ну, какое сотрясение, — отнекиваюсь.