Минус ангел

Елевферий правильно сказал: следует и другие кандидатуры иногда пробовать на управленческой работе, с определенным сроком. Скажем, сто лет проработает один зам, а потом другой. Может быть, они тогда не будут друг против друга интриговать.

– Еще как будут, – меланхолически сделал глоток рома Шеф. – Что у людей, что у ангелов натура одинаковая – они иначе не могут. Каждый твой первый зам в конце столетия будет себе задницу рвать и топить потенциальных конкурентов, чтобы на второй срок остаться. Плавали – знаем.

– Правда? Да и фиг с ними, – спокойно ответил Голос. – Разберусь как-нибудь. А вот насчет Калашникова ты прав – молодец мужик. Могу ли я что-то сделать для него? Говори, не стесняйся – одно желание он заслужил.

Склонившись снова к уху Голоса, Шеф что-то прерывисто прошептал.

Непроизвольно дернувшись, Голос чуть не уронил бокал на мягкий песок.

– Да ты чего, на голову заболел? – свистящим шепотом возмутился он в ответ. – Как ЭТО возможно? Ты вообще представляешь, ЧТО ты говоришь?

– Отлично представляю, – спокойно заметил Шеф. – Именно потому, что ты всемогущ – в отличие от меня. Вот и сделай это на час. Парень будет рад.

– Ну, вообще-то, – Голос задумался, туманно улыбнулся. – Меня же сейчас в Небесной Канцелярии нет… я типа в отпуске… на то, что сейчас творится ТАМ, я своего соизволения не давал. И ничего об этом не знаю. Верно?

– Верно, – ухмыльнулся Шеф. – И никаких вопросов.

Голос щелкнул пальцами.

– Может, для начала в картишки перекинемся? – в поросших рыжими волосами руках Шефа соблазнительно мелькнула разноцветная колода.

– Нет, – твердо отказался Голос. – Азартные игры – это грех, а я не собираюсь даже в отпуске отступать от установленных собою же правил.

– Отпуск как раз на то, чтобы нарушать запреты, пока никто не видит, – съехидничал Шеф. – Иначе откуда тогда в природе взялись курортные романы? Хорошо, если ты такой пугливый… шахматы устроят?

– Ага, – произнес Голос, и Шеф извлек из песка как бы заранее спрятанную там доску. Оба мгновенно расставили резные фигуры – Голос, естественно, играл белыми. Дождавшись хода противника, шеф привычно двинул пешку Е2-E4 – и тут же ее потерял.

Пританцовывая под клип поющих в телевизоре Modern Talking, обрадованная Настя начала собираться к выходу на завтрак.

Ангел в синей суконной форме нудно брюзжал, бренча связкой ключей:

– Ближе чем на десять сантиметров друг к другу не подходить… руками не касаться… ничего не передавать… не целоваться… не обниматься…

– Да слышал уже! – злобно сказал Калашников. – Замучил повторять.

Поддавшись ключу, дверь наконец-то отворилась.