Минский. Изгнанный попаданец

Гувернантка, официантка, зрелая и сочная графиня, молоденькая княжна, магесса медицинской службы, студентка магической академии — одним словом, сбор трофеев шёл везде, где только оказывался Антон.

— Зараза! — ругнулся я. — Не могу тебя осуждать, так как это естественно, но сейчас есть дела поважнее.

— У тебя тоже есть коробка с трофеями? — заинтересовался бывший владелец тела.

— Зачем? Трофей ценен только тогда, когда он тебе достаётся тяжело в сражении или в битве с превосходящими силами неприятеля. Ну или монстр, на выслеживание и добычу которого у тебя ушёл не один год, а может ты единственный человек, которому удалось убить его. В чем смысл собирать трофеи от завоёванных тобой девушек?

— Ну как же, — возмутился не на шутку Антон, — они словно добыча, которую я получил на своей охоте.

— Тебе не кажется, что это очень лёгкая охота?

— Нет, я так считаю, и ты меня не переубедишь в обратном.

— Можешь остаться при своем мнении, если считаешь, что каждая затащенная тобой в постель девушка, достойна своего трофея.

— Да, именно так я и считаю. Егор, прошу тебя, давай затрофеим ещё эту красотку, — заговорщическим тоном прошептал реципиент.

— Антон, мы тут по делу, — недовольно буркнул на него я.

— Старпёр, — услышал в ответ.

Я посмотрел на служанку в белом фартуке, которая очень старательно вытирала пыль на кованой лестнице. Засовывала в каждую щель свой пипидастр, особое внимание уделяя вычурным балясинам.

Каждый наклон, каждый поворот тела она делала так, чтобы максимально выгодно подчеркнуть свои формы и изгибы.

Увидев, что я допил кофе, она подошла ко мне. Взяла с подноса кофейник и подлила мне ещё этого чудесного напитка.

Вдруг особняк наполнился яростным криком, доносящимся из глубины дома. Мгновение — и грохот открывающихся и закрывающихся дубовых дверей с металлическими полосками разрушил прежнюю тишину.

Чем ближе становился этот шум, тем отчётливее я чувствовал опасность. Служанка, принёсшая мне кофе, прижалась в угол. И по стеночке, по стеночке двигалась в сторону ближайшей двери, чтобы, добравшись до неё, выпорхнуть, словно птичка, на свободу.

Ещё мгновение — и одна из дверей, ведущих вглубь дома, слетела с петель и, проехав по мраморному полу, остановилась в нескольких метрах.

— Где этот мерзкий говнюк⁈ — орала идущая женщина.

Миловидная, в чёрном траурном платье, она смотрела на меня с ненавистью. Длинные русые волосы были уложены в замысловатую причёску, растрепавшуюся от быстрой ходьбы.

По всей видимости это моя получательница корреспонденции Таисия Павловна.

— Где он⁈ — требовательно повторила женщина.

— Ваше сиятельство. Моё почтение. Вы о ком? — кланяясь княгине, уточнил я.

— Ах ты ещё и издеваешься⁈ — заорала она ещё громче.