Фанера Милосская

– У нас Капа пропала, – всхлипнула я, – с прогулки не вернулась. Я бегала с Кирюшей по двору – никаких следов. Честно говоря, мы подумали, не под машину ли она попала?

Улыбка слетела с лица Маши.

– Вот беда! – покачала она головой. – А зачем ты девочку одну отпустила? Сейчас такое время, что ребенок не должен без взрослых ходить! Уж не знаю, успокоит ли тебя мое сообщение, но на проспекте никаких происшествий не было. Объявление приноси, отец возражать не станет, для него дети – святое, свои или чужие – без разницы. Вот горе, ой беда!

Я отшатнулась от прилавка.

– Хочешь курицу? Возьми бесплатно, – явно желая сделать мне приятное, предложила торговка.

– Ты не Маша! – воскликнула я.

Лицо продавщицы покрылось красными пятнами.

– Глупости не говори, а? – слишком шумно возмутилась она. – Кто я, по-твоему, Ваня?

– Не знаю, но точно не Маша. Девушка, которая здесь постоянно торгует, в курсе, что Капа не ребенок, а собака.

– Кто? – вытаращила глаза самозванка.

– Ты так переживаешь из-за какой-то суки? – с укоризной поинтересовалась незнакомка.

Я повернулась и пошла прочь.

– Постой, пожалуйста! – крикнула девушка.

– Меня Таней зовут, – сверкая огромными черными глазами, сообщила торговка. – Если отец узнает, что я Машу заменяю, он нас обеих убьет. Понимаешь, Маша на свидание ходит, а нам нельзя с мужчинами встречаться, не дай бог братья пронюхают или отец. Вот мы и придумали этот фокус.

С этими словами Таня сдернула с головы парик. Роскошные, кудрявые, иссиня-черные волосы повисли в руке, под ними обнаружилась короткая стрижка.

– Волосы меняют человека, – затараторила Таня, – ты одна догадалась, остальные постоянные покупатели меня Машей спокойно называют. Они же за прилавком ожидают увидеть мою сестру, вот и не сомневаются. Очень легко за другую сойти, всего-то парик нужен, ну там еще брови погуще нарисовать. Понимаешь? Возьми курицу бесплатно, только никому ни словечка про нашу придумку, а?

– Не волнуйся, – заверила я ее, – мне и в голову не придет разбалтывать чужие тайны. Но ведь отец или братья могут сюда подойти, их не обмануть, живо вас разоблачат.

– Не! Они уверены, что мы с Машей на такое не способны. Знаешь, как в семье бывает: если о тебе составили некое мнение, можно легко прикидываться, поддерживать его, а втихаря что хочешь творить. Главное – внешне приличие соблюсти. Родителей легко обмануть, да и братьев тоже, они ж себя считают умнее всех, поэтому дураки.

– Лампа, – донеслось издалека, – беги домой! Капа нашлась.

Не чуя под собой ног, я понеслась в квартиру и с огромным облегчением узрела всех собак.

– И где она пряталась? – спросила я, стаскивая туфли.

– Не знаю, – пожал плечами Кирик. – Пока мы с тобой по дворам шатались, Степаныч, Эльза и Руди весь дом обыскали.