Эра милосердия

 — А то всё время уйдёт на хождение туда и обратно!

И я, конечно, закричал:

— С места! Тут лучше!

Жеглов увидел меня, усмехнулся и развёл руками:

— Воля масс — закон для президиума!..

— Товарищи! Шефская комиссия проделала за истекший отчётный период немалую работу, хотя нерешённых вопросов ещё остаётся тьма. Основное внимание мы уделяли детям и семьям наших погибших товарищей — тех, кто пал на фронте или здесь при исполнении служебных обязанностей. В клубе Управления мы провели большой праздничный утренник, на который к детям приехали замечательные наши артисты Качалов, Москвин и Хмелев. Всем детям мы приготовили праздничные гостинцы — хлеб с повидлом, орехи и очень вкусные соевые конфеты. К предстоящему празднику 28-й годовщины Великой Октябрьской революции мы тоже постарались сделать подарки для детей наших погибших товарищей. Мы распределили сто пятьдесят кусков мыла, сорок три ордера на промтовары, — в основном, на обувь и пальто, — и в каждую такую семью уже завезли по сто пятьдесят килограммов картофеля, пятьдесят кило капусты и по два кубометра дров…

Лицо у Вари раскраснелось, блестели огромные серо-зелёные глаза, она говорила быстро и весело, и, когда я смотрел на неё, лицо моё невольно расплывалось в блаженную, счастливую улыбку."

"— …Замечательно проявил себя комсомолец старшина Иванов, имеющий гражданскую профессию сапожника. Он очень хорошо и быстро починил к наступающей зиме обувь всем нуждающимся детям сотрудников Управления и многим нашим товарищам, у которых не кончился ещё срок носки форменной обуви, а она уже пришла в негодность…

Это был, наверное, тот самый Иванов из комендантского взвода, к которому меня обещал отвести Тараскин; так мы до сих пор к нему и не собрались.

— …Коновалов, который отвечает за организацию подарков раненым в московских госпиталях, халатно относится к своим обязанностям.