Миллионщик

— Я очень рада, что смогла помочь вам с доктором. Искренне надеюсь, что он сумеет избавить от мучений жену вашего верного товарища. И, Владислав Антонович, хочу вам сказать, что вы поступили как благородный и дальновидный руководитель. Такие люди редкость!

— Я лишь сделал то, что должен был, — пожал я плечами. — Еще раз благодарю вас за содействие!

— О, пустяки. Не стоит благодарности! — отмахнулась она и сделала небольшой глоток из своего бокала. Ее взгляд стал серьезным. — Однако, давайте говорить начистоту, Владислав Антонович. Или мне следует называть вас как-то иначе?

Я внутренне напрягся, кровь застучала в висках, но я заставил себя остаться невозмутимым, медленно поднеся бокал к губам.

— Можете называть меня так, как вам будет удобнее, сударыня.

Она усмехнулась, оценив мою выдержку.

— Хорошо. Не будем ходить вокруг да около. Вы не австрийский коммерсант, а я не наивная девица. Не знаю, кто вы, но уж точно не австрияк и не поляк. Есть в Вас, что-то наше! Я вижу перед собой человека дела, с железной хваткой и большим будущим. То, что вы смогли сюда привезти не плохой караван с чаем, без знакомств и понимание, меня удивило еще в первый раз. А теперь смогли за несколько месяцев намыть почти пятнадцать пудов золота в дикой тайге, меня поразило, и это говорит о многом. А поразить меня не просто!

Она сделала паузу, внимательно глядя на мою реакцию.

— Я навела некоторые справки, — продолжила она так же ровно, и ее голос стал похож на шелест стальных лезвий. — В общем стало известно об одном Владиславе Антоновиче Тарановском из Австрии, во время Крымской войны он был в плену у наших войск. А зная злопамятность поляков, сомнительно, что он стал бы вести дела у нас. Подумайте над этим!

Верещагина же улыбнулась улыбкой акулы и продолжила:

— Зато в последние месяцы пошли слухи о дерзком побеге с Карийских приисков. Говорят, беглецы неслыханно удачливы… и очень опасны. Я не собираюсь лезть в ваше прошлое, господин… Тарановский. Меня интересует будущее. Ваше и мое.

Сердце у меня на миг пропустило удар, но я сохранил каменное лицо. Вот так. Она знает. Или догадывается, что почти одно и то же. Ладно, мы разговариваем не в присутствии урядника — и то хорошо!

— Я вас слушаю, Аглая Степановна, — ровно ответил я.

— Я хочу повторить свое предложение, но уже в более конкретной форме. Я хочу войти в ваше дело. Стать вашим полноправным партнером.

— Партнером? — переспросил я, взвешивая каждое слово. — Что вы можете предложить, кроме капитала? Деньги у нас теперь есть."

"— Деньги — это лишь малая часть, — ее голос стал жестче, в нем зазвучали металлические нотки. — Деньги имеют свойство кончаться, особенно когда нужно обустраивать большое дело с нуля. Я предлагаю вам куда большее.