Заложница миллиардера

Они могут позволить себе самый избитый анекдот или неудачный подкол, публика все равно будет довольна и отблагодарит искренним смехом.

Я не собираюсь говорить об этом Макару, проводя параллель для пятилетних, тем более он явно другого мнения. Он по-прежнему делает над собой усилие, показываясь мне при свете. Он скрывает, но я замечаю штрихи его скованности — то, как он держит руки, как поворачивает голову к окну, убирая подальше от солнца шрамы на щеке, как поправляет рукав футболки, длины которого не хватает, чтобы скрыть напоминания о пламени.

— Сказали ближе к обеду. Охранник… я не спросила его имя, но он самый высокий здесь… обещал дать сотовый, чтобы я позвонила близким.

Я опускаюсь на стул, когда Макар приближается к столу. Он немного растерянно смотрит на тарелки и я нахожу этому лишь одно объяснение. Он успел привыкнуть, что завтрак приносит только Марина, и, видимо, все-таки другой завтрак.

— Что-то не так?

Макар поднимает на меня глаза с вопросом, а потом качает головой.

— Нет, — он снова замолкает. — Я принял таблетки, а от них бывает тошнота…"

"— Я уберу, — я поднимаюсь на ноги и уже тяну руки к подносу, но Макар накрывает мою ладонь своей.

— Ты ешь.

— Да, конечно, — я бросаю на него скептический взгляд. — Тебе плохо, а я буду тут завтракать и источать запахи…

— Я не чувствую запахи.

— Что?

— Вообще, — он качает головой.

Я не могу ничего поделать с собой и требую подробностей одним взглядом. Я с трудом заставляю себя переключиться, продолжая собирать тарелки и убирая их вместе с подносом подальше.

— Это из-за того, что случилось в машине? — спрашиваю сама, потому что Макар упрямо молчит.

— Это из-за того, что случилось чуть-чуть до, — он усмехается. — Я не очень хотел садиться в машину, как увидел канистру с бензином, сразу понял, что в салоне будет неудобно…

— Макар, — я не выдерживаю его ироничного тона и испускаю стон.

— Меня приложили по голове, чтобы не сопротивлялся. Поэтому не слышу запахов. И дурацкое чувство юмора оттуда же.

Он кладет ладонь на подбородок, резковато растирая кожу, а я не пытаю его больше. Пусть пока здесь будет точка, я потом спрошу дальше. Я уже уяснила, что он не расскажет всё и сразу, вместо этого будут случаться такие моменты и он произнесет еще крупицу, и еще. А если придет доверие, все эти крупицы соберутся воедино и станет ясна вся его история.

— Ты бывал на море?

Бровь Макара ползет наверх.

— Очень изящно, Саша, — он подтрунивает надо мной. — Какое тебя интересует?

— Адриатическое.

— Италия, Черногория, Хорватия, — перечисляет он.

А я замечаю, как улыбка, которую он зажег, чтобы успокоить меня и показать, что тяжелые воспоминания не испортят этот день, уходит с его губ в глаза.