Две сироты для миллиардера

Но понимаю, что даже сейчас, я не избавилась от этого чувства, хоть и научилась жить без него. Но все равно с ним, в мыслях, воспоминаниях, в моих детях. Так нельзя любить, но я любила, что тогда, что сейчас.

- Тебе легче, принцесса? – отец зашел ко мне в комнату и сел на край постели.

- Наверно, - пожимаю плечами.

Пока была в истерике, не отвечала на звонки Богдана. И сейчас собиралась ему позвонить. Мне так надо был услышать любимый голос, нежные слова… Я нуждалась в нем, меня ломало, а даже слова этой Славы уже меркли.

- Прости, что мне придется снова сделать тебе больно. Но я должен сказать правду. Я не имею права умалчивать, - отец мнется, опускает взгляд.

- Не надо, - мой голос напоминает жалобный писк.

Чувствую, сейчас снова будет больно… Я больше не хочу! Не надо! Оставьте мне мой мир! Не разрушайте его!

Но отец и не думает останавливаться.

- Ты не знаешь, с кем живешь доченька. Тагиров – это настоящая фамилия твоего Богдана, а никак не Юмашев. Увы, и я это узнал лишь недавно, - сжимает мою руку.

- Это неправда! - вырываю руку. Отползаю на постели в дальний угол."

"- Можешь выяснить сама, использовать любой источник. Он сын Андрея Тагирова, очень большой шишки в столице. Его подослали ко мне, как простого водителя, чтобы собрать на меня компромат. А ты, моя родная, стала жертвой их грязных игр. Он богат, наследник целой империи, а живет с тобой как нищий, лицемерный гаденыш. И я сразу ничего не заподозрил, обвели и меня, и тебя вокруг пальца, - отец закрывает лицо руками, плечи вздрагивают. – Он врал тебе все время. Использовал, чтобы подобраться ко мне.

- Не верю! – кричу в очередном приступе истерики.

Но поверить пришлось. Отец мне не солгал. Когда немного успокоилась, я лично все проверила. Богдан был действительно совсем другим человеком. Я и понятия не имела, с кем жила и кого любила. Удар следовал за ударом. А я продолжала держаться за свою любовь. Не могла его отпустить.

Даже после всей открывшейся правды, я понимала, что не смогу от него отказаться. Мы найдем решение, мы все обговорим. Я цеплялась за свои иллюзии и надежды. Он обманывал, изменял, а я готова была простить все, лишь бы он был со мной… Даже тогда я считала, что нет ничего в мире, что способно нас разлучить, мы справимся, переживем. Я прощу, уже простила. У нас ведь будет ребеночек. Он обрадуется, я точно знаю. Мы обязательно поженимся! Как же я тогда ошибалась, сгорая в агонии своего любовного безумия.

Глава 18

Когда я приняла решение бороться, стало морально легче. Мне надо было выслушать Богдана, понять, почему он так поступил. Я верила, что есть оправдания его поступкам. Но я находилась у отца. Меня не оставляли одну. И я терпеливо ждала возвращения Богдана из командировки.