Миллер. Спрячься, если сможешь

— Тут он тебя трахал? — он встал на то место, где до сих пор была примята трава. — Здесь, я тебя спрашиваю!?

— Тим, послушай! — но он поднял руку, заставив меня замолчать.

— Тс.. Я видел своими глазами, как ты сидела на нём сверху. Тебе понравилось? Тебе нравилось, как он входил? — Тима выпускал своего внутреннего зверя, разгорался внутри, сам себя злил. — Сука, не молчи! — он ударил кулаком в дерево, я вздрогнула, закусив щеки внутри до крови. — Ты так и не поняла, кто он такой, да?

— Кто?

— Он людей на куски может порезать, Эмилия. А ты его называешь «Дорогой, любимый». Какой, блять, любимый? Может ты была права, когда говорила, что мы его щенки, потому что так оно и есть. — Тима нахмурил брови, скалился, показав зубы. — Из-за него я первый раз убил человека. Из-за него я стал таким. И сейчас, он мешает мне быть счастливым. Я тебе сейчас расскажу.. Я раньше него признался, что влюбился в тебя им, Рику и Майклу, они побежали ему тут же говорить, знаешь, что он сделал? Нож к горлу мне подставил. Сказал, чтобы я забыл твой образ, забыл всё, что с тобой связано. Жутко ревновал, пиздец как.

Собственник, даже не в отношениях со мной, он метил свою территорию, показывал, кто настоящий хозяин моего сердца. Да, он жестокий, но Тима не заметил, как Мёрфи поменялся рядом со мной, стал более ласковым.

— И все, блять, забыли, что Тима любить умеет. Никто не задал вопрос, как я вообще себя чувствую! Мне запретили любить, наплевали на то, что я тоже хочу отношений. А я так и не смог найти ту, которая будет хоть каплю похожей на тебя. И я очень обрадовался , когда парни приняли мою сторону и были против тебя, я надеялся, что ты испугаешься и перестанешь бегать за ним, но ты упрямая. — продолжал он, а позже замолчал, сделал резкий выдох, руками провел по своему лицу , словно он снял с себя воображаемую маску. — А теперь к делу. — Тима поменял эмоции, из безответно влюбленного превратился в одержимого. — Я закопал добрые чувства, поэтому прости, малышка, но будет больно.

Он набросился на меня, повалив на землю. Я упала на руки, проехавшись по мокрой от инея траве. Тима толкнул меня в спину, и я легла на живот, а он навалился на меня сверху.

— Нет! — закричала я. — Не делай этого, Тим, одумайся!

— Одуматься? — зарычал он мне на ухо. — Можешь считать меня кем угодно сейчас. Подонком. Уродом. Кем угодно. Но я хочу тебя. И сделаю это, сделаю здесь.

Я начала брыкаться, ногтями цеплялась земли, пытаясь вылезти из-под него, но его вес вдавливал меня, не давая сделать продвижение.

Тима перевернул меня к себе лицом.

— Пожалуйста. — взмолилась я. — Я знаю, что в тебе остались хорошие качества, ты же не зверь, ты не такой. — шептала я ему на ухо, пока он покрывал мою шею поцелуями. — Ты не такой, как он..