Миля над землей

– Стиви. С характером. Любит баскетбол и ходит есть бургеры.

Она выходит из заметки, чтобы найти Вашингтон, округ Колумбия.

– Стиви, – продолжает она. – Лучший секс в моей жизни.

Она продолжает, заглядывает в Калгари.

– Стиви. Затащил ее в свой гостиничный номер, чтобы она всю ночь смотрела со мной фильмы.

Сан-Хосе.

– Стиви. Безумный минет в душе. Легла спать в моей футболке.

Затем она находит Ванкувер.

– Стиви. Пришла на мою игру. Мой любимый человек, с которым я провожу время.

Наконец она поднимает на меня глаза.

– Что это?

– Я же тебе объяснил. Список девушек, с которыми я встречаюсь в этих городах. Сейчас все немного по-другому, но концепция та же.

Она снова сосредотачивается на моем телефоне, открывает Лос-Анджелес, а затем Сиэтл, обнаруживая, что оба они пусты."

"– В них ничего нет.

– Это потому, что мы там еще не были.

Она роняет мой телефон себе на живот, прежде чем прикрыть лицо руками, чтобы спрятаться.

– Господи. Ты вообще реален? Даже если ты попадаешься на том, что ты бабник, ты попадаешься самым милым из возможных способов.

Она смотрит на меня снизу вверх, глаза цвета морской волны слегка блестят.

– Ты – моя избранница, Ви. Моя единственная избранница. – Я убираю локоны с веснушчатого лица. – Неважно, в Чикаго или в любом другом городе. Только ты.

Она садится, притягивая меня за шею, теплые губы смыкаются вокруг моего рта. Я покрываю поцелуями ее подбородок, щеку и висок, она утыкается мне в плечо. Я обнимаю ее, крепко прижимая к себе, продолжая гладить спящую Рози с другой стороны.

– Я одержима тобой, Зи.

– Значит, нас таких двое.

После нескольких минут поглаживания бока Стиви я чувствую, как ее тело тяжелеет в моих объятиях, и она начинает дремать. Положив свою голову на ее, я не могу не испытывать всепоглощающего чувства благодарности.

Никогда, даже в самом смелом воображении, я не думал, что со мной случится такое. Никогда не думал, что буду чувствовать себя настолько защищенным, оставаясь самим собой, как с этой девушкой. Она позволяет мне быть прямолинейным, честным и непримиримым и делает это абсолютно без осуждения.

Я никогда не думал, что у меня будет собственная семья, но, учитывая добермана, который быстро стал моим закадычным другом, и кудрявую стюардессу у меня под боком, я бы рискнул сказать, что у меня есть своя маленькая семья.

И когда это осознание доходит до меня, меня поражает напоминание о том, что у меня была семья.

Та, по которой я скучаю.

– Ви? – шепчу я, проверяя, проснулась ли она.

Она сдвигается, обвивает обеими руками мою шею и утыкается головой мне в грудь.

– М-м-хм-м.

Я колеблюсь, а потом выпаливаю:

– Я скучаю по отцу.

Она замирает в моих объятиях, прежде чем крепче обхватить меня за шею.

– Ты должен сказать ему это.

– Да?

– Да.