Миля над землей

– Пойду немного прогуляюсь.

– Сейчас? Уже поздно.

Надевая пальто, я засовываю ноги в кроссовки и успокаиваю отца.

– Я недалеко. Просто на минутку.

Достав из холодильника два свежих пива, я спускаюсь вниз и выхожу на улицу, чтобы увидеть единственного человека, благодаря которому я сегодня чувствовала себя хорошо.

22. Зандерс

– Перестань вести себя как малолетний придурок, подойди и сядь.

Слова сестры отвлекают мое внимание от огромного, от пола до потолка, окна в моем пентхаусе и возвращают к столу, за которым они с отцом сидят после рождественского ужина.

– Линдс, я не веду себя как малолетний придурок."

"Ладно, это ложь. Я веду себя как придурок, но я видел, как семья Стиви недавно входила в ее дом, так что я знаю, что она получила мой подарок, и все же я до сих пор ничего от нее не слышал.

Может, ей не понравилось? Я и так чувствовал себя идиотом, что-то ей покупая. Не говоря уже о покупке чертовых спортивных штанов.

Кто покупает девушке на Рождество спортивные штаны?

Кроме того, кто покупает рождественский подарок девушке, с которой переспал всего один раз? Я. Вот кто. Чертов идиот.

– Тогда почему ты каждые пять секунд переводишь взгляд со своего телефона на это чертово окно и обратно?

– Линдс, ты можешь не называть меня так, пожалуйста?

Когда я усаживаюсь напротив отца рядом с сестрой, Линдси пытается выхватить телефон у меня из рук. Но я профессиональный спортсмен, так что я достаточно проворен, чтобы успеть поднять эту штуку над головой вне пределов ее досягаемости.

– Что это ты сегодня такой странный? – Ее карие глаза искрятся понимающим блеском.

– Я не странный. Успокойся.

– У тебя появилась девушка? – Сестра недоуменно приоткрывает рот.

– Что? Черт подери, нет. Ты же меня знаешь.

– Да, Эв, знаю. У тебя появилась девушка? Горячая штучка? Мне бы она понравилась?

Цепкие руки Линдси пытаются потянуть мою руку вниз, желая завладеть телефоном, но я держу его подальше от нее.

Для тридцатилетнего юриста, когда дело доходит до девушек, она действительно превращается в девчонку-подростка.

– У меня нет девушки. Это… подруга. И да, можно сказать, что она – горячая штучка.

Линдси перестает охотиться за моим телефоном и замирает.

– Никогда не считала твоих хоккейных заек сексуальными.

– Она не хоккейная зайка, и она не похожа на моих обычных знакомых.

– Итак, вы переспали?

– Какое чудесное Рождество, – с сарказмом произносит папа, и это, пожалуй, самое большее, что он сказал мне сегодня вечером, и я даже не знаю, адресованы ли эти слова мне. – Я должен ответить. – Он поднимает свой телефон и проскальзывает в мою гостевую комнату.

– Кто, черт возьми, ему звонит? Единственные люди, которые ему звонят, – это мы с тобой.

– Нет, – поправляет сестра.