Милашка на вираже

Ну! Вперед! Не тормозите! Эй, ты куда?

– Руки помыть, – ответила я, – не привыкла ужинать с грязными лапами.

– Не тяни, ополосни быстренько – и в столовую, – приказал племянничек Лидии Федоровны.

Я вошла в ванную, взяла мыло и вздохнула: тихий вечер на диване с книгой отменяется. Интересно, как долго тетя Лида и Жорик у нас проживут? Задавать этот вопрос гостям неприлично, а сами они молчат, ничего про отъезд не говорят.

– Вилка! – завопил из столовой Жорик. – Ты что, утонула?

Я повесила полотенце и безо всякого желания побрела туда, где сидели тетя Лида, ее племянник и Степан. Признаюсь, никого, кроме мужа, мне видеть не хотелось.

– Садись, – скомандовал парень, когда я наконец очутилась в комнате, – перед тобой развивающая посуда. Она рассчитана на малыша трех лет, ты легко справишься с загадками.

От последнего слова меня передернуло, а Степан осведомился:

– Кто будет задавать вопросы?

– Молчите все, – велел Жорик, – я объясню, как работает гениальное изобретение. Что мы хотим от своего ребенка?

– Хоти не хоти, а ни фига от него не получишь, – хмыкнула тетя Лида, – он сам от тебя телегу всякого добра потребует.

– Тетя! – остановил ее племянник. – Каждый родитель мечтает сделать наследников умными.

– Давайте сначала определим, что такое ум? – с абсолютно серьезным видом предложил Степан. – Жорик, что ты понимаешь под этим словом? Образование? Житейскую смекалку?

– Ум – это ум, – отрезал великий изобретатель, – нечего далее бла-бла разводить. Вилка, представь, что тебе три года.

– Не могу, – вздохнула я.

– Почему? – зашипел Жорик. – Это простая задача.

– Не помню себя в столь раннем возрасте, – честно ответила я.

– Вы зануды, – огорчился племянник. – Виола, видишь тарелку?

– Да, – кивнула я.

– Хорошо, что Степан не изъявил желания, чтобы ему объяснили философский смысл слова «посуда», – съехидничал изобретатель. – Открой крышку!

– Зачем она здесь? – спросила тетя Лида.

– Сейчас поймете! Дайте, наконец, мне договорить, замолчите все, – распорядился Жорик. – Вилка, давай, поднимай.

Глава тридцать седьмая

Я подчинилась, но не достигла успеха, крышка не сдвинулась с места, зато тарелка запела:

– Тирли бом-бом, тирли бом-бом, не сгорел кошкин дом. Все обедать сели, сладко поели и тебя позвали. Отгадай, что на тарелке, и получишь вкусную белку!

– Что мне надо сделать? – спросила я.

– Дай ответ, – велел Жорик.

– На какой вопрос? – удивилась я.

Жорик постучал ладонью по столу.

– Имей терпение, она сейчас его задаст.

Тарелка издала хрюканье и продолжила:"

"– Сегодня у тебя покушать вкуснота. Любят ее зайчики, любят ее мальчики, любят ее девочки, любят ее сопелочки.

Степан уронил нож.

– Кто такие сопелки? Не слышал ничего о таком животном.