Милая пленница

 — И холодная победоносная улыбка скользнула по губам мужчины.

Александра невольно вздрогнула:

— Не смейте подходить ко мне, мерзавец! Вы что, вообще не имеете понятия о чести и приличиях?!

Мужчина несколько секунд бесстрастно рассматривал девушку.

— Не по отношению к тебе, — сказал он наконец. — Ты сама постаралась избавить меня от этих понятий.

— Я закричу! — задохнувшись, выговорила Александра. — Я буду кричать, пока все не переполошатся!

— Не трать понапрасну силы, Изабель. Самуэльсон получил достаточно, чтобы не заметить ничего и ничего не услышать этой ночью.

— Я вам не верю! — Александру душил неодолимый страх. Такого просто не могло быть. Наверное, ей снится кошмар! Это же Англия, в конце концов, а не первобытная Индия!

— Ну так начинай, кричи! — насмешливо предложил незнакомец. — Очень скоро ты убедишься, что я сказал правду.

Уверенность, светившаяся в его глазах, подействовала на Александру как удар. Она поняла, что ей никто не поможет. И преследователь тоже отлично это знал.

— Поганая дворняжка! Нет, вы скорее гончая самого сатаны! Оставьте меня, говорят вам! Никуда я с вами не пойду — ни сейчас, ни когда-нибудь еще!

Мужчина стоял, глядя на нее сверху вниз, и его полуприкрытые глаза, казалось, были лишены какого-либо выражения… впрочем, так могло казаться лишь в обманчивом свете свечи.

— Весьма впечатляет. Ты почти заставила меня задуматься, Изабель, — медленно произнес он. И тут же его голос стал жестче. — Почти… но не совсем. — Он сунул руку в карман жилета и достал оттуда маленькую коричневую бутылочку. — А теперь окажи мне любезность, выпей эту невкусную настойку. Уверяю тебя, благодаря ей все пойдет гораздо легче.

Александра во все глаза уставилась на флакон и скрестила руки на груди.

— Пейте это сами или пойдите к черту! Ее преследователь криво улыбнулся:

— Ну, я и так живу с чертом в душе с того самого дня, как мы с тобой встретились, так что этот напиток предназначен для тебя. Но предупреждаю, если мне придется заставить тебя выпить его — я тебя заставлю, но эта процедура покажется тебе весьма неприятной.

— Вы не посмеете… — Александра, увидев безжалостную решимость в его глазах, была готова расплакаться, и ее голос замер.

— Я вижу, вы начинаете понимать меня, мадам. Это хорошо. Ну, пей! — приказал он, неумолимо придвигая к ее губам коричневый флакон.

— Да скорее вы сдохнете!

— Что ж, дорогая, может и эго случиться. Но тебе все равно придется сделать то, что я велю.

Александра взмахнула рукой, чтобы выбить бутылочку из пальцев преследователя, но мужчина оказался проворнее. Он схватил Александру за запястье и сильно дернул, выворачивая руку девушки и прижимая Александру к своей груди.