Милая пленница

— Хоуксворт! Бог мой, как я рад, что ты наконец вернулся! Ну, раз уж ты мне попался, то имей в виду — тебе придется заняться делами! — Высокий человек умолк, заметив лорда Ливерпуля. — А, так этот паршивый Ливерпуль уже поймал тебя, да?

— Именно так, Каннинг. Тебе за мной не угнаться, старина. — Седовласый премьер-министр благодушно оглядел Джорджа Каннинга, президента Контрольного совета Ост-Индской компании. — Да и с какой стати Хоуку заниматься индийскими делами, особенно теперь, когда с Веллуру покончено. Настоящие проблемы сейчас на континенте, мой дорогой, даже если Бонапарт будет разбит. — Тут премьер-министр умолк и похлопал по пухлой руке своей родственницы, леди Уоллинг-форд. — Но хватит об этом! Не следует заставлять скучать дам.

При упоминании Веллуру Александра настороженно замерла. И бессознательно вцепилась изо всех сил в рукав Мор-лэнда. У нее сжалось горло, она чуть заметно отступила назад. К счастью, никто не заметил ее реакции.

— Ну, о континенте и вовсе не стоит говорить, Ливерпуль. Сэр Стэнфорд Раффлс только что рассказывал мне о Яве и о том, что интересы Англии должны быть направлены теперь в ту сторону. Он мне нарисовал великолепную картину богатств, лежащих на Востоке и ждущих, какая из стран первой наложит на них руку.

Лорд Ливерпуль улыбнулся:

— Звучит неплохо. Но вряд ли это будет так уж легко. Мы это обсудим как-нибудь за обедом, Каннинг.

Александра выпустила руку лорда Морлэнда; сердце бешено колотилось у нее в груди, потому что она как наяву увидела серьезное, умное лицо сэра Стэнфорда Раффлса, бывшего частым гостем в доме генерал-губернатора в Мадрасе… Тогда он был просто министром Томасом Раффлсом. Они с Александрой не виделись четыре года, но можно было не сомневаться, что он сразу узнает ее.

Не заметив встревоженного взгляда Морлэнда, Александра ускользнула в сторону от компании. Спотыкаясь, она бросилась в поток людей, спешащих на ужин, и быстро затерялась в шумной толпе.

Где-то вдали часы торжественно пробили двенадцать.

Высокая зеленая изгородь заглушила звук шагов Александры, свернувшей на боковую аллею. Она убегала все дальше в темную глубь парка, нервно придерживая пелерину на плечах. Лишь теперь она заметила, что скульптуры вокруг сделаны из дешевого гипса, что в лужах стоячей воды слишком много грязи…

Приглушенный смех, донесшийся из ближайшего павильона, дал ей понять, что она здесь не одна, но на самой аллее Александра не встретила никого. Дорожка понемногу повернула в сторону и уперлась в бельведер, охраняемый кичливым обнаженным Адонисом.

Внезапно Александру одолел приступ тошноты, такой сильной, что девушка остановилась и согнулась, задыхаясь. На нее словно нахлынула тяжелая черная волна, лишившая возможности соображать.