Милаха

Ну, в смысле, водил-то он вроде неплохо, но вот в остальном… Автопилот, честное слово! Ни поболтать о ерунде, как с Максом, ни проехаться другой дорогой, любуясь городом, как с Виталей. Безэмоциональный биоробот. Единственное, что его действительно цепляло, так это тачка. А вот я сама, кажется наоборот, даже мешала. Он с удовольствием катался бы один, играя в крутого мужика – у него и так-то проскальзывало это в жестах, в том, как он нервничал, когда я кидала в бардачок свои вещи, в том, что он не ждал меня как нормальный водитель внутри, а постоянно тёрся снаружи, поглядывая при этом по сторонам: все ли видят, что это он «хозяин» этого красавца? Жалкое зрелище. Но наблюдая за ним, я вдруг поняла, чем можно попытаться зацепить Макса. Главное, чтобы и Денис оказался не против.

Денис посмеялся надо мной, посоветовал не страдать хернёй. Я упёрлась. В итоге мы поспорили на желание. Было страшновато – всё-таки уверенность Дениса в том, что Макс не вернётся, основывалась на том, что он знал Максима с шестнадцати лет… Но с другой стороны – что я теряла?

Уже на следующий день, я подъехала к стоянке бомбил возле перехода. Новенький Паджеро произвёл фурор среди таксистов: несмотря на зябкую изморось, они вылезали из своих такчек, собирались группками, что-то обсуждая, жестикулируя, вытягивая шеи и рассматривая. Для Макса же это вообще был удар ниже пояса. Он даже забыл прикурить свою Приму, так и терзал сигарету, то вынимая, то снова зажимая её губами. Но, блин, всё равно попытался заломаться! И тут уже явно несло пацанячими принципами.

Тогда я на свой страх и риск заявила, что если он согласится, то будет работать не на Дениса, а на меня. И что платить, и, соответственно, давать распоряжения, тоже буду только я.

Рассказала условия возвращения Макса Денису, и он, смеясь и офигевая от моей наглости, заявил, что это хотя и стратегически смело, но не честно, а потому не считается.

И всё же, уже на следующее утро, стоя возле подъезда, он многозначительно глянул на Макса и качнул кулаком:

– Смотри мне, блядь…

И отдал ему ключи от машины.

А вечером того же дня, предварительно отблагодарив Дениса за уступку долгим, как он любил, минетом, я потребовала свой приз за выигрыш в споре. Денис снова обалдел и даже обозвал меня мошенницей, но какие там у меня могут быть желания, правда? Новая сумочка? Выгулять на дискотеку? Пообещать свозить на море? Он расслабленно скользил пальцами по моей голой спине и разве что не мурчал, как довольный котяра, наслаждаясь своим могуществом.

– Ладно, давай, пока я добрый.

– Хочу чтобы ты в течение часа отвечал на любые мои вопросы. Только, чур, честно и по существу!

Он фыркнул:

– А ты не охренела?

– Немножко, – признала я. – Но уговор дороже денег.