Милаха

Он бы понял, он же не дурак!

Любовь ведь, как оказалось, бывает разная, вот Лёшка мне вроде брата – что в этом плохого? Может, я невольно давала ему надежду на взаимность – я бы извинилась за это, объяснила бы, что это не то, о чём он подумал…

Тупая, киношная фразочка. Особенно теперь, когда я так остро поняла, что это всё-таки именно то, о чём он думал. Никакой он мне, нахрен, не брат.

Красивый, молодой парень. МОЙ парень. Не бывший, нет. Не было этого ощущения – бывший. Наоборот – спокойная, тёплая уверенность, что Лёшка всегда рядом. Тот самый тыл, которого так не хватает? Не знаю. Но очень похоже.

Закрыла глаза, упершись лбом в стекло, и буквально почувствовала, как наконец-то отвёл взгляд Лёшка – щеки словно коснулся прохладный «опустевший» воздух.

А я – тыл для Дениса. Вот такая несостыковочка.

Глава 37

– Ты же говорил, в армию уходишь?

Часов в десять мы остановились позавтракать в придорожном лесном кафе, где-то под Орлом. А ещё часа за три до этого была остановка на заправке, где все мы, конечно, вышли из машины размяться, но я липла к Галине Николаевне, тщательно избегая малейшего уединения с Лёшкой, и поговорить не удавалось. А теперь, при свете солнца и после весёлой неформальной болтовни за столиком, где мы завтракали всей компанией, неловкость вдруг растаяла.

– Ухожу, – подтвердил Лёшка.

Мы стояли вдвоём чуть в стороне от входа в кафе, вокруг шумели высоченные деревья. Щебетали птицы. В жизни не скажешь, что конец мая. Полное ощущение лета!

Возле наших ног, отчаянно виляя хвостом, вертелась местная псина. Надо было бы ей гостинчик со стола прихватить, тогда может, и отстала бы… А вообще нет, не надо. Это же хорошо, что псина. Можно просто смотреть на неё, а не напряжённо избегать Лёшкиного взгляда.

– Ну? А почему ты тогда здесь, если ВДВшники ушли ещё вчера? Честно скажи, отмазался всё-таки?

Он, так же как и я, наблюдая за собакой, усмехнулся:

– А что? Тоже считаешь, что те, кто отмазываются – недомужики?

– Да прям. Наоборот! Я была бы рада, если бы так. Чечня ни фига не заканчивается, Лёш. Там такое же пекло, как и раньше, просто теперь об этом умалчивают. Так что, отмазался, надеюсь?

– Не, Люд, извини. Я-то как раз из тех, кто считает косильщиков недомужиками. Просто меня перекупили – прямо вчера, на сборах. А так бы уже ушел, конечно, во всяком случае, видишь, – улыбаясь, огладил ладонью голову, – подготовился.

– В смысле, перекупили?

– Ну, военкомов, которые приезжают отбирать пацанов специально для своей части, называют покупателями. Вот нагрянул такой, и у нас с ним любовь с первого взгляда случилась. Ему мои данные понравились, а мне задел на то, что после службы у него можно будет в особом порядке в Спецназ пойти. А так – всё те же ВДВ получается, просто часть другая.