Милаха

Значит, они до него не доходили? Я не злоупотребляла, но всё-таки могла теперь без опасения попросить о такой мелочи, как, например, промолчать о Ленкиной выходке. И знала, что промолчит. И это, конечно, здорово меня поддерживало.

Глава 22

Однажды утром, тормознув на светофоре перед перекрёстком, он выдал:

– Прикольно, слушай. Но, думаю, скоро снимут.

– Что снимут?

– Глаза открой.

– Блин, Макс, я вообще-то опаздываю!

– Ну, ладно тебе, просто посмотри по сторонам!

Я посмотрела и офигела. Прямо по ходу движения на большом придорожном щите висела я! Ну, то есть, реклама с моим фото. У меня даже щёки вспыхнули от волнения, стало так глупо неловко, словно меня уличили в самолюбовании. Даже не решилась рассмотреть, как следует, только отмахнулась:

– Ой, всё… Поехали!

Но когда проезжали мимо билборда – чуть шею себе не свернула.

– А почему снимут-то? – спросила как бы между делом, а сама замерла в ожидании ответа.

Макс пожал плечами:

– Слишком красивая. Будешь создавать аварийные ситуации.

– Ой, скажешь тоже!.. – шлёпнула его по плечу, но было приятно, конечно."

"Не знаю, кто сказал о рекламе маме, но она даже навернула круг по городу на автобусе, чтобы увидеть её воочию. Вся общага гудела и гордилась, так, словно это было всеобщее наше, общажное, достижение. Артём, подросток со второго этажа, даже снял билборд на фотоаппарат и наштамповал фоток в своём фотокружке. Фотки вышли не ахти какие – слегка перетемнённые, но мне пришлось оставить на них почти с десяток автографов для соседей. И конечно мама отправила одну из фоток бабушке – не помогло даже обещание, что скоро будут готовы цветные буклеты с моей же фоткой и лучше отправить их. Ей нетерпелось поделиться своей гордостью, и мне это было очень приятно. И могу себе представить, что происходило у бабушки в Разгуляевке!

Мама, теперь уже не Кобыркова, а Панюшкина, наконец-то, впервые за последние двенадцать лет, улыбалась во весь рот и всё вспоминала, как я едва ли не силком тащила её в стоматологию, попутно отметая отговорки вроде: «дорого» или «скажут – позорище беззубое», или «у меня и пойти-то не в чем»… Лечение и протезирование и правда оказались неожиданно дорогими, но и сделали всё классно, не зря я, послушавшись совета Дениса, обратилась сразу в частный кабинет, а не в государственную зубодёрню. Тогда, увидев их цены, мама напряглась и справделиво не поверила, что такие деньги можно заработать за какие-то полтора месяца помощником маркетолога на полставки… Но когда увидела рекламу вдоль дорог – «прозрела». Теперь она считала, что я подалась в модели и, как ни странно, гордилась этим.

А вот два моих камня преткновения – Машковы, дочь и отец, на рекламу отреагировали неожиданно.