Моя Мия. На осколках первой любви (СИ)

Глядя на этого молодого мужчину, я вдруг поняла, что просить прощения для него так же несвойственно, как отступать от собственных слов.

Это открытие стало потрясающим, и мы долго разговаривали обо всём.

О том, почему Лёва согласился на бой и зачем его продолжил, хотя Мирон решил не бороться, чтобы не огорчать меня.

Это тоже открытие… но над ним я не стала рассуждать. Я ж себе не враг?.. Заперла в сердце с формулировкой «до лучших времён».

Ива приносит мне тёплый чай, и мы все вместе долго болтаем. Впереди нас ждут зачёты, парочка из них достаточно сложные. Хочется поскорее всё сдать и одновременно боязно, потому что аноним хранит молчание. А неизвестность — это всегда страшно.

— Поедем? — спрашивает Лёва, когда мы сталкиваемся возле гардероба.

— Угу, — киваю, сжимая тёплую ладонь, — я что-то устала сегодня.

— Надо думать, — усмехается он. — Послать весь универ в пешее…

— Никого я не посылала, — морщусь. — Просто глупость сморозила.

— Спорить не буду, — кивает Лев и притягивает меня за локоть к груди.

С каждым днём его прикосновения становятся всё откровеннее, а я чувствую себя всё более готовой.

— Мия, — окликает меня вежливый голос. — Добрый день. Вы можете зайти ко мне?

Округляю глаза, когда вижу, что по коридору в мою сторону направляется Леонид Арсеньевич — наш ректор.

— Хорошо, — тут же соглашаюсь и вопросительно смотрю на Лёву.

— Я подожду, — кивает он главному человеку в вузе.

— Лев, — мужчины обмениваются рукопожатиями. — Как отец?"

"— Вроде хорошо всё, — отвечает Демидов крайне отстранённо.

В полном молчании поднимаемся на второй этаж, проходим через просторную приёмную ректората и оказываемся в кабинете, где красного дерева больше, чем в лесах Бразилии.

— Отец твой звонил по поводу зачёта, — хмурится Леонид Арсеньевич, присаживаясь в кресло, а я вскипаю от стыда на месте.

Я знакома с этим человеком с детства и никогда ещё он не смотрел на меня с таким недовольством.

— Я не просила папу. Не думайте так. — Спокойно выговариваю.

— Это радует, Мия Руслановна, — вдруг улыбается ректор. — Зачёт тебе поставили, но работу всё равно придётся подготовить и сдать.

— Конечно, — киваю. — Спасибо. Извините за беспокойство.

Внутренности восстают против такого расклада… Что же я, зря получается завалила зачёт, если аноним узнает об этом… Страшно даже представить.

Но жить в неведении ещё хуже.

— А что за история с петицией?

— С какой? — округляю глаза.

— Студенты отправили обращение на официальном сайте. Подписали петицию об исключении твоей кандидатуры из номинантов премии в этом году.

— В первый раз слышу, — моё лицо становится каменным.

— У тебя проблемы с коллективом, Мия?

— Нет, — закатываю глаза от радости, что он не в курсе о моём позоре. — Всё в порядке.