Миг бесконечности. Том 2

Обнявшись, они вздремнули на диване, потом он лениво щелкал пультом телевизора, а она, примостившись рядышком, листала бесценные шедевры домашней библиотеки Ладышевых.

Нина Георгиевна, воодушевленная тем, что все вместе они не только встретили Новый год, но и провели первый его день, старалась не мешать. Она вообще была необыкновенно деликатной и тактичной женщиной.

И все же, при всех радостях, вечер для Кати периодически омрачался воспоминаниями о вчерашней ссоре с отцом. Впервые в жизни она не поздравила его с наступившим Новым годом. Как и он ее."

"В конце концов борьба между чувствами обиды, вины и дочернего долга достигла апогея. Отложив книгу, она вышла в прихожую и достала из сумки включенный несколько часов назад телефон. Никаких звонков. Лишь энное количество поздравительных СМС от друзей-приятелей.

«Надо позвонить, иначе совесть заест», — поняла она и, не включая света, прикрыла за собой дверь кухни. Не хотела, чтобы Ладышевы услышали разговор, который мог сложиться непредсказуемо.

— Здравствуй, папа. С Новым годом! — тихо поприветствовала она.

— Ну, здравствуй. И тебя с Новым годом… — сдержанно ответил отец и добавил со вздохом: — Дочка, — и умолк.

— Как встретили? — первой нарушила молчание дочь.

— Ну как? Посидели вдвоем, проводили старый год, выпили за новый и легли спать. Арина расстроилась: напекла, наготовила, а есть некому. Может, заедешь? — неуверенно предложил он.

— Спасибо, папа. Извини, но сегодня я уже никуда не поеду, — слова прозвучали виновато. — Поздно, да и шампанского выпила.

— Я-я-ясно, — многозначительно протянул отец и снова умолк. — А как тебе Новый год? — насмешливо спросил он после паузы.

— Хорошо. Я давно не была так счастлива, как сейчас.

— Быстро же ты… стала счастливой, — хмыкнул он в трубку.

— А разве это плохо? Неужели тебе было бы легче, если бы я лила слезы в подушку?

— Легче бы не стало, это верно. Но я бы хоть как-то пытался тебе помочь.

— Я знаю… Папа, я очень переживаю за наш вчерашний разговор.

— Мне тоже несладко, — проворчал отец, но голос его потеплел. — Время покажет, кто из нас прав.

— Вот и я о том же. Время — оно не только лучший лекарь, но и самый справедливый судья. Брать на себя его функции — бессмысленно. Человек должен пройти через свои ошибки, чтобы найти свое счастье.

— Или окончательно его потерять, — отец тяжело вздохнул. — Не сужу я никого, права такого не имею. Ни тебя, ни мужа твоего, ни этого Ладышева. Отцовское сердце болит: одна ты у меня. Мой век недолог, а у тебя теперь и надежного плеча рядом нет.

— Есть, папа. Есть, поверь. Жаль, что ты не знаком с Вадимом.

— И что он? Принц на белом коне? Чем-то лучше Виталика?

— Многим.

— Многим… — усмехнулся отец. — Не потребовал бы с тебя денег, и у меня проблема не возникла бы.