Мифы Великой Победы

Начиная с 1940 года из оккупированных территорий Советского Союза и Европы, а также с территории Германии в концлагерь Аушвиц прибывало до десяти эшелонов с людьми в день. В эшелоне было сорок, пятьдесят, иногда и больше вагонов, в каждом вагоне – от пятидесяти до ста человек. Около 70 процентов всех привезенных евреев направлялись в газовые камеры в течение нескольких часов, то есть даже не попадая в статистику. В лагере функционировали мощные крематории для сжигания трупов, помимо них производились сожжения тел в огромных количествах на специальных кострах.

Современные историки сходятся во мнении, что в Освенциме было уничтожено от 1 000 000 до 1 600 000 человек, большинство из них были евреи. Вообще, эта оценка получена косвенным путем, для чего проводилось последовательное изучение списков на депортацию, потом подсчет данных о прибытии железнодорожных составов в Освенцим. В 1983 г. французский историк Жорж Веллер первым использовал данные о депортации. На их основе он оценил количество убитых в Освенциме в 1 613 000 человек, из которых 1 440 000 были евреями, 146 000 – поляками. В более поздней, считающейся на сегодня наиболее авторитетной работе польского историка Францишка Пипера приводятся следующие цифры: 1 100 000 евреев, 150 000 поляков, 100 000 русских, 23 000 цыган.

Это примерная схема того, сколько народа и из каких стран было уничтожено в сети концентрационных лагерей Освенцим. Я надеялся, что в год семидесятилетия со дня освобождения крупнейшей нацистской фабрики смерти кто-то обратит внимание главы польского МИДа на одно обстоятельство: с юридической точки зрения: концентрационный лагерь Аушвиц-Биркенау находился вовсе не на территории Польши. Специальным декретом Гитлера от 8 октября 1939 г. район, где находилась эта сеть концентрационных лагерей, был включен в состав Третьего рейха, так называемая «Гау Верхняя Силезия» с центром в Катовице. Это означает, что концентрационный лагерь Аушвиц-Биркенау находился не под юрисдикцией Генерал-губернаторства, а напрямую входил в зону административной ответственности Германии.

Естественно, к трагическим штрихам деятельности концентрационного лагеря это обстоятельство мало что добавляет. Не столь важно, находился ли он на территории Третьего рейха или на территории Генерал-губернаторства, гораздо важнее, что там уничтожили миллионы людей.

Еще раз возвращаюсь к попыткам пересмотра истории освобождения Аушвица-Биркенау. Полагаю, это далеко не последний раз, когда западные политики стараются пересмотреть события Второй мировой войны. Мы еще услышим много неожиданного по поводу освобождения концентрационных лагерей.