Миф об идеальном мужчине

С тех пор Измайлов называл Полевого и Ларионова “ребятками” и всегда безотказно помогал.

– Ну как старый хрен? – развеселился Игорь. – Жив еще?

– Жив и процветает, – уверил Андрей. Они оба любили “старого хрена” и радовались, что тогда не дали его в обиду. – Обещал помочь. У него же везде свои, а муж этой Рогожской был человек не маленький.

– Ладно, Андрей, – закруглился Полевой. – Еще поспать бы неплохо. Давай ты тоже ложись. Завтра день такой… непростой.

Андрей повесил трубку.

Сейчас он пойдет и осторожно заберется под одеяло, нагретое Клавдией. Она моментально, как будто они спали так всю жизнь, повернется, обнимет его тонкой рукой и мерно задышит в бок, как желтый щенок по имени Тяпа. Гораздо лучше, чем желтый щенок по имени Тяпа.

Он никому не даст ее в обиду.

Завтра правда очень… непростой день.

* * *– Клава! – закричала заведующая. – Сейчас машина придет! Ты готова?

Никто не любил принимать товар. Это была тяжелая, долгая, нудная работа, да еще когда девять месяцев в году холод и дождь, поэтому как-то так получилось, что товар всегда принимала Клавдия, и потом к ней подключалась заместительница Наталья Васильевна.

– Да! – крикнула Клавдия в ответ. – Я давно готова, Варвара Алексеевна!

– Наташи сегодня нет, – разумея заместительницу, сказала заведующая от самой двери. – Я тебе сама помогу. Ты чего такая веселая? Из-за того парня, что вчера приезжал?

Клавдия поперхнулась кофе, который она попивала на аптечной кухне, и закашлялась. Заведующая подошла и деловито похлопала ее по плечу.

– Ты что? – спросила она. – Я тебя так смутила? Ты меня извини, конечно, но я просто очень за тебя рада, и он такой… довольно симпатичный. Основательный.

Она улыбнулась доброй улыбкой.

– И ты у нас девушка на выданье. Так что просто я рада. Ты давно его знаешь?

– Десять лет, – прохрипела Клавдия. – Старый друг.

– Ну что ж, – нисколько не удивившись, сказала заведующая, – и так тоже бывает. Допивай и иди, встречай машину. Уже без пяти.

Сегодня Клавдия чувствовала себя очень хорошо, просто замечательно. Одно немного омрачало ее радость – соглядатая не было.

Дура, идиотка, тебе бы от счастья прыгать, а ты?

Ты все боишься, что Андрей выставит тебя вон, и перестанет тобой интересоваться, и больше никогда не приедет к тебе в аптеку, и не уведет тебя в дождь на глазах у всех девиц, и не поцелует под крылечком холодными, твердыми, нетерпеливыми губами.

Ты не просто идиотка, Ковалева. У тебя тяжелое заболевание головного мозга. Радуйся тому, что есть у тебя сейчас. Тому, что будет вечером. Он сказал – я тебя заберу, что тебе еще нужно?!

Торопливо проглотив остатки кофе, Клавдия ополоснула чашку и, натягивая рукава свитера на мерзнувшие руки, пошла к задней двери, выходившей во двор.