Миф. Греческие мифы в пересказе

Внезапное и необъяснимое исчезновение супруга оказалось тяжелым ударом. Впрочем, не успела она спросить у гостя, чего ему надо, Кефал протиснулся в дом и отпустил слуг.

— Ты очень красивая женщина, — сказал он с густым фракийским акцентом.

— Ну же, давай посидим на ложе.

— Вот правда, не могу…

— Иди же, никто не смотрит.

Прокрида разомкнула губы, чтобы отчитать его, и Кефал затолкал ей в рот рыхлую смокву.

— От такого зрелища сами боги воспламенились бы, — проговорил он. — Будь моей!

— Замужем? Это еще что? Я богач, я одарю тебя любыми драгоценностями или украшениями, какие пожелаешь, только отдайся. Ты такая красивая. И я люблю тебя.

Прокрида замерла. Может, пыталась проглотить остатки смоквы. Может, ее искусило предложение драгоценностей. Вероятно, ее тронуло столь внезапное и пылкое предложение любви. Пауза оказалась достаточно долгой, и Кефал в ярости вскочил, сбросил свой наряд и явил себя.

— Что ж! — загремел он. — Вот, значит, что происходит, когда ты остаешься одна! Бесчестная предательница!

Прокрида глазам своим не поверила:

Он ринулся к ней, потрясая кулаком, и Прокрида в ужасе бежала. Прочь из дома, в лес, не останавливаясь, пока не упала от усталости на опушке рощи, священной для Артемиды.

Наутро богиня обнаружила Прокриду простертой и выудила из нее историю произошедшего.

Год и день прожила Прокрида у богини-охотницы, среди ее свиты свирепых дев, но дальше уже не смогла.

— Артемида, ты заботилась обо мне, учила меня искусствам охоты и показала мне, как всегда следует избегать мужчин. Однако врать тебе я не могу: в сердце своем я люблю супруга Кефала как и прежде. Он скверно обошелся со мной, но это все от его великой любви ко мне, и я жажду простить его и пасть к нему в объятия, вновь стать ему женой.

Артемиде жаль было отпускать ее, но у нее в тот день оказалось милостивое настроение. Она не только отпустила Прокриду к мужу, не выколов ей глаза предварительно и не скормив ее свиньям (подобные поступки ей были вовсе не чужды), но и наделила ее двумя замечательными дарами, чтобы Прокрида поднесла их мужу в знак примирения.

Лелап и Алопекс Теумесиос

Среди даров, которые Прокрида получила от Артемиды, оказался замечательный пес по кличке ЛЕЛАП, наделенный силой поймать кого угодно — абсолютно кого угодно, если Лелап бросится в погоню. Отправь его по следу оленя, вепря, медведя, льва или даже человека — и Лелап всегда настигнет добычу. Второй подарок, не меньшей ценности, — копье, всегда попадающее в цель. Кто бы ни владел этими псом и копьем, мог по праву считаться величайшим смертным охотником на свете. Немудрено, что Кефал обрадовался жене, нагруженной такими дарами, и впустил ее к очагу и в объятия, под кров и на кровать.