Белая мгла

Стараясь говорить спокойно, он произнес в телефон:

– Я перезвоню вам через две минуты. – И нажал на клавишу своего ноутбука – экран тотчас погас.

– Работаешь? – спросил отец.

– Надо было кое-что закончить.

– Это в Рождество-то?

– Я обещал сдать эту часть программы к двадцать четвертому декабря.

– Твой заказчик уже уехал домой, как все разумные люди.

– Но его компьютер покажет, что я до полуночи сочельника перекачал ему программу по электронной почте, поэтому он не сможет сказать, что я опоздал.

Стэнли, улыбнувшись, кивнул:

– Что ж, я рад, что ты становишься добросовестным.

Он постоял молча еще несколько секунд, явно намереваясь сказать что-то. Типичный ученый, не стесняющийся долгих пауз в разговоре. Главное – точно выразить мысль.

Кит ждал, стараясь скрыть нарастающее нетерпение. Тут зазвонил его мобильник.

– А, черт, – вырвалось у него. – Извини, – сказал он отцу.

Он взглянул на экран. Это не был звонок в «Кремль» – на его мобильник звонил напрямую охранник Хэмиш Маккиннон. Не ответить Кит не мог. Он плотно прижал телефон к уху, чтобы отец не мог услышать голос звонившего.

– Да?

Хэмиш взволнованно произнес:

– У нас все телефоны скапутились.

– О'кей, этого следовало ожидать – такова часть программы.

– Вы сказали сообщить вам, если случится что-то необычное…

– Да, и вы правильно поступили, что позвонили мне, но я сейчас не могу разговаривать. Спасибо. – И он отключил мобильник.

– Наша ссора теперь окончательно позади? – сказал его отец.

Такая постановка вопроса возмутила Кита. Это подразумевало, что они оба виноваты в ссоре. Но ему не терпелось поскорее вернуться к телефонному разговору, поэтому он сказал:

– По-моему, да.

– Я знаю, ты считаешь, что я был несправедлив к тебе, – сказал отец, словно прочтя его мысли. – Я не понимаю логики твоих рассуждений, но допускаю, что ты в этом убежден. И я тоже считаю, что ты был несправедлив ко мне. Но надо попытаться забыть это и снова стать друзьями.

– Так и Миранда говорит.

– А я не уверен, что ты об этом забыл. Я чувствую, что ты затаился.

Кит старался удержать на лице бесстрастное выражение, чтобы не выдать чувства вины.

– Я веду себя как могу, – сказал он. – Но это нелегко.

Казалось, Стэнли был удовлетворен.

– Ну, я не могу требовать от тебя большего, – сказал он. И, положив руку на плечо Кита, он нагнулся и поцеловал его в макушку. – Я пришел сказать тебе, что ужин почти готов.

– Я заканчиваю. Спущусь через пять минут.

– Хорошо. – И Стэнли вышел из комнаты.

Кит рухнул в кресло. Его трясло от стыда и одновременно от облегчения. Отец его был человек прозорливый и не питал иллюзий, однако Кит выдержал его расспросы. Правда, это было до смерти страшно.

Когда руки перестали дрожать, Кит снова набрал номер «Кремля».