Межсезонье

Не хочешь попробовать, Напалм?

— Если бы он хотел что-то предложить, давно бы уже предложил, — мотнул головой Костя и собрал развешенную на спинки стульев верхнюю одежду собеседников.

А Лоцман все тем же монотонным речитативом продолжал:

Черная копоть свечей и окурков,Свободное время — бич ночных переулков,Но мы не сдаемся. Время — наш враг,Мы убиваем его.И себя."

"— Не, ну на фиг работать на человека с такой суицидальной лирикой! — перебравшись за свободный стол, заметил Гена.

— Ко мне кореш один сегодня заходил, может, в Братстве чего подыскал, — разливая самогон по стаканам, поведал Костя.

— Ну, как вариант, — покачал головой Ларин. — Если что, меня имей в виду.

— Обязательно. Но это пока писями по воде виляно.

— Говорят, Кеша Смыслов на часовой завод в отдел ОТК устроился. — Гена поковырялся вилкой в тарелке с салатом. — Скоро уже испытательный срок закончится.

— Да ну? — удивился Костя. — Там же гимназисты рулят?

— Они второй корпус запустили, люди понадобились. Платят, правда, копейки, но зато обеды бесплатные.

— Привет, Костик! — симпатичная светловолосая девушка обхватила сзади Напалма за шею и чмокнула его в щеку.

— О, Зинка, в трусах резинка! — обрадовался пиромант и приобнял девушку чуть ниже талии. — Какими судьбами?

— Перестань, — с притворным возмущением хлопнула его по руке Зина. — Маринка день рождения отмечает, айда к нам?

— Обязательно, — кивнул Костя. — Уже иду.

— Смотри, зайка, не опоздай! — Девушка взъерошила ему волосы и убежала за стол, вокруг которого шумела подвыпившая компания.

— И кто такая Маринка? — поглядел вслед девушке Гена.

— Рыжая бестия, — мечтательно вздохнул Напалм. — «Как увижу я Маринку, сердце бьется о ширинку».

— Да ты поэт! — хохотнул Ларин.

— «Я поэт, зовусь Незнайка, от меня вам балалайка!» — тут же припомнил нужную цитату пиромант. — Маринка медиумом при Дружине подрабатывает, так что дама при деньгах. Формами тоже не обижена…

— Да и эта пигалица вовсе ничего, — почесал подбородок Гена.

— Ладно, сейчас на разведку схожу. — Костя поднялся со стула. — Если что, мы к ним перебазируемся.

Неожиданно по соседним столам стремительно пронесся какой-то парнишка. Или пролетел? Бежал хулиган настолько легко, что не только не посбивал на пол тарелки, но даже не расплескал разлитые по стаканам напитки. Костя замер на месте от удивления. Всякое в «Западном полюсе» творилось, но чтоб такое! Ясное дело — чистая левитация…

В этот момент не рассчитавший своих сил парнишка не долетел до соседнего стола и плашмя растянулся на полу. Кое-как поднялся на ноги, небрежно отряхнулся и вернулся к месту, с которого и совершил столь неудачный прыжок.