Межсезонье

Но как ни ломали бы голову знавшие меня люди, они ни за что бы не догадались, зачем я пью эту ослиную мочу.

Человек, которого они когда-то знали, всем напиткам предпочитал вино. Да! Тот гуляка остановил бы свой выбор на вине и служанке посимпатичней. Или как получится. Лишь бы было кому согреть постель. Хотя, скорее всего, он еще в самый первый день — точнее ночь, — загремел бы в кутузку. Проспался в холодной и взялся за ум. Возможно. А возможно, и нет.

Но люди меняются, и поэтому я сидел и пил пиво. Пил пиво и ждал. В основном — ждал.

Вербовщик подошел за час до полудня.

— Не помешаю? — опустился на лавку напротив меня пожилой господин. Весьма неприметный господин. Ни высокий ни низкий. Ни худой ни толстый. Лицо особо выразительными чертами тоже похвастаться не могло. Когда он появился на постоялом дворе, мне к стыду своему припомнить не удалось.

— Ничуть, — усмехнулся я и хлебнул пива. Ну и гадость!"

"— Вот и замечательно, — мельком глянул на меня вербовщик и опустил глаза. Взгляд тоже был ни злой ни добрый, но пиво враз застряло в горле. Не должен быть у вербовщика такой взгляд. Тут птица совсем другого полета пожаловала. Неприметный господин подождал, пока я откашляюсь, и с едва заметным оттенком брезгливости указал на пивную кружку: — Ну и зачем же так себя мучить?..

— А почему нет? — откинулся я на спинку стула, внимательно наблюдая за руками собеседника. Оно, конечно, не поможет, но хоть какой-то шанс будет. — Погода — дрянь, грех не выпить…

— Сколько пива, мой дорогой Себастьян, вы сегодня заказали? — Вербовщик выложил на стол тубус, наподобие тех, с какими ходят писцы, и выудил из него несколько густо исписанных листочков. — Так… Ага, шесть кружек. Одну разбили, одну велели заменить. «Теплую мочу не пью» — так вы, кажется, сказали? Немало пива расплескали и ни разу не осушили до дна. Получается, выпита вами от силы одна кружка. И все же — зачем себя так мучить? Вы же не любите пиво?

— Терпеть не могу, — сознался я, не отрывая взгляда от собеседника. Но если постоянно сидеть с кружкой пива в руке, обычно ни у кого не возникает и доли сомнения в твоем опьянении. Вот только моего собеседника к обычным людям отнести было никак нельзя. — Хотите что-то предложить?

— Мне рекомендовали вас как подающего большие надежды молодого человека, — не ответил на вопрос вербовщик.

— А мне вас — как вербовщика, собирающего отряд не очень щепетильных наемников, — раскрыл свои карты я.

— Боюсь, вас ввели в заблуждение.

— Боюсь, вас тоже.

— Что ж, увидим, — не говоря больше ни слова, мужчина поднялся из-за стола и направился к выходу.

Я за ним не пошел и не ошибся: стоило неприметному господину выйти, как в дверь тут же проскользнула прекрасно знакомая мне личность — Джек Пратт собственной хитрющей персоной.